Книга Ну ты и попал(а)!, страница 73 – Екатерина Скибинских

С детства я жил по постулату, что никто тебе даром ничего не даст, ни еду, ни информацию, ни хорошее отношение. Но попал в академию, куда никогда не хотел, и кардинально пересмотрел свои взгляды. И ведь планировал просто пересидеть там какое-то время ради дармовой крови, готовясь уйти в любой удобный момент. Но неожиданно именно в академии почувствовал себя своим, мне понравилось учиться. Да и наша группа изгоев стала для меня практически родной стихией, а ребята «своими».

Мысленно я костерил по-всякому одну хвостатую садистку, испытывая к ней досаду, злость и в противовес благодарность за спасение жизни. Вот как раз последняя и вытеснила все иные эмоции. А после начала трансформироваться в нечто иное. Что-то, что заставляло меня караулить Клэр в коридорах, пытаться попасться ей на глаза, заговорить… И ведь принесло результаты! Даже быстрее, чем я думал.

Оказался у нее дома, получил ее, даже не пришлось терпеть ради этого какие-то немыслимые извращения. Нет, все оказалось в сотни раз лучше, чем я мог ожидать. И казалось, вот оно! То, чего я так сильно хотел. Вот только от таких отношений веяло чем-то тухлым. Или я сам не знаю, чего хочу? Знал наверняка, что Клэр принадлежала сейчас лишь мне. Это было видно и по тому, как она мне отдавалась полностью наедине, и по слухам, гулявшим по академии о свободной от отношений девушке-альфе. Думаю, есть немало тех, кто мечтает об отношениях без обязательств, лишь секс ради секса. Да что там, я сам никогда не заводил никаких хоть мало-мальски серьезных отношений. И вот, дожили. Сейчас мне этого мало.

Я не хотел узнавать крупицы информации о Клэр из случайных оговорок, слухов или лекций по расоведению. Я хотел знать ее саму. Что у нее на душе, чего она желает, чего опасается, что ее беспокоит… Как бы пафосно ни звучало, но я хотел быть с ней не только телом. Но, получив сразу категоричный отказ, пока оставил свои попытки добиться большего. От своего отступать не собирался, но понимал, что, действуя нахрапом, лишь совсем потеряю ее.

В конце концов, в моей биографии также немало такого, о чем мне бы не хотелось рассказывать Клэр. А открытость все же предполагает, что она взаимная. Нет, если бы Клэр спросила, я бы врать не стал, но, полагаю, это был бы наш последний разговор. Приятного в моем прошлом крайне мало.

Так что я сосредоточил свою энергию на учебе и общении с друзьями. Те по некоторым моим оговоркам уже знали, что у меня есть личная жизнь, но в душу не лезли, выпытывая подробности. За что я ценил их еще больше.

Хотел бы я сказать, что так и потекла моя новая жизнь, но правда в том, что старая отпускать меня не собиралась. Послания Торвальда становились все жестче с каждым разом, а намеки складывались во вполне конкретные угрозы. Сначала я отвечал. Пытался что-то объяснить, доказать. После уже игнорировал. Затем выбросил почтовую шкатулку, и на какое-то время стало тихо.

Так не могло продолжаться долго. Но я самоуверенно считал, что справлюсь. Где кулаками, где при помощи оружия, с которым не расставался, а где магией. Но на то самоуверенных и считают глупцами, что ничем хорошим это обычно не заканчивается. Не закончилось и для меня.

Их было шестеро. Двое ждали под дверью, как отвлекающий маневр. Справившись с ними, я непозволительно беспечным победителем вошел в свою комнату… где меня ждали еще четверо. Убивая третьего, я отстраненно подумал, что комнату придется сменить. А еще лучше район. Совсем хорошо – переехать в академию. Отлично – бросить все и уехать из города насовсем. И тут же кольнуло осознанием, что я этого не сделаю. Не оставлю учебу, друзей… Клэр.