Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3»
|
Я снова продолжаю ворчать, и муж прекрасно понимает, что это от волнения. Настал тот долгожданный день. Глаша уже давно переехала жить к Виктору, они расписались в Управе и теперь живут вместе и работают в магазине. А я осталась без верной и умелой камеристки. Но и на этот раз меня выручила Ия Максимовна, к назначенному времени к нам приехала опытная мастерица по причёскам, и ещё чуть позже помощница нашей замечательной модистки, она лучше всех знает, как должно сидеть новое великолепное платье. Серебристый шёлк, с лифом, расшитым тончайшим узором, талию утягивать не стали, беременность слишком уже слегка заметна. Через три часа сборов я взглянула на себя в зеркало и снова не узнала. Новая, взрослая, серьёзная женщина в шикарном платье, с дорогими украшениями, холёная и слегка напуганная предстоящим мероприятием. Почему-то в голове сейчас играет вальс, причём незнакомый мне лично… Это какие-то воспоминания настоящей Анны? Она таким образом подаёт мне сигнал? Ликует? Радуется победе или всё же расстроена, что не ей сейчас предстоит ехать во дворец? Оглядываюсь, надеясь увидеть её призрак, и не вижу. Только тень моего верного призрачного телохранителя промелькнула и снова исчезла. А я вышла «порадовать» своим видом родных и сразу получила приятные, искренние возгласы: — О, Боже, как ты хороша, доченька! Прекрасно! Восхитительно! — воскликнул Иван Петрович. — Аннушка, ты затмишь всех на этом балу! — простонала Виолетта, осматривая меня со всех сторон, потому что ей тоже скоро предстоит наряжаться на первый бал в доме Орловых. — Это не бал, а скучное мероприятие! — пытаюсь как-то нивелировать момент, чтобы сестра мне не завидовала. — Скажешь тоже, там будет царская семья… Наконец, в гостиную вошёл Савелий Сергеевич, шикарный, тоже холёный и теперь просто настоящий лев, в нём появилось то, чего так не хватало раньше. Непрошибаемая уверенность в себе, какой обладают люди, имеющие власть и душевную силу, не сила, а мощь. — Орёл! Просто орёл! — Иван Петрович не сдержался и слегка подколол любимого зятя. Новость, что Разумовский сегодня фактически отнимет у него право, называть меня своей дочерью, отца слегка огорчила в самом начале, но потом он вспомнил народную мудрость: «Не тот отец, кто родил, а тот, кто поднял и воспитал!», и понял, что я всё равно его любимая дочь, кто бы что ни думал и не говорил. И мы ему об этом постоянно напоминаем. — Всё, дорогие, наши… Поедем мы, а то опоздаем и не пустят. А дело важное, — Савелий поцеловал Виолетту, пожал руку отцу и перецеловал восхищённых нашими образами деток. Леночка посчитала, что мы теперь царь и царица, не меньше. Лёгкая паника овладела мной, дорожный шум окончательно оглушил и дезориентировал. Кажется, что из-за нервотрёпки с этим мероприятием, я таки заработаю себе токсикоз. — Не волнуйся так, я бы тебе сделал защиту, но во дворце запрет на всевозможные магические инсинуации. Старайся сейчас дышать осознанно, ни о чём не думать, словно ты погружаешься с аквалангом. Только дыхание, и если станет плохо, скажи сразу. Хорошо? Киваю и улыбаюсь… Всё же от Мити в моём муже сейчас очень много и знаний, и силы, и даже отношение ко мне. Отметаю и эту мысль, концентрируюсь на дыхании… Ныряю без акваланга в пучину светской жизни самого высшего света… |