Книга Служанка для темного повелителя, страница 31 – Влади Солерн

— Повелитель…

— Молчи. Аглая при жизни от тебя натерпелась и не заслуживала терпеть в моих владениях, но мне пришлось ради неё и ради тебя отправить невинную дрейю на ординар, где ей по сути было не место, чтобы она стала сильнее, чтобы ты искупил свои деяния, молил Агилару о прощении, следы от её стоп на земле целовал, землю жрал, а ты замахнулся на её душу. Снова! Желал сломить и запятнать, присвоить то, что мне теперь принадлежит!

— Повелитель, это не я! Это ваш брат, Кайрокс меня послал, не я!

— Закрой рот, я не давал тебе права говорить, жалкий смерд, ― рот Иргаша зашился магическими нитками, причиняя не только боль, но и суеверный ужас. ― Мой брат получит своё, не сомневайся. Довольно. Я и без того слишком много времени потратил на твою мерзкую душу. Каждый заслуживает шанса, да, но ты свой безбожно просрал.

Иргаш захрипел, костюм Мессора и частично лицо окрасилось жижеобразной черной кровью. Казнив душу, жнец утер платком лицо, бросил его в тряпки, что секунду назад носил на себе ублюдок, после чего переместился в Ордер-Шах. Встречать его выплыла тень.

— Кайрокса ко мне. Где он, Орджак?

— Княжича нет в замке, господин мой.

— Послать за ним немедленно, привести в темны.

(Темны — каменные мешки с густым вкраплением антимагической крошки, самая страшная темница на всех уровнях, чаровать в темнах может только действующий князь Ордара.)

Тень взволнованно затрепетала, нерешительно замерла.

— Станешь мне перечить, Орджак?

— Как я могу, повелитель. Младшего княжича уже отыскали, не сомневайтесь, ведут в темны, как и приказывали. Просто волнуюсь за судьбу княжича Кайрокса, чем он перед вами провинился?

— За что провинился, ответит.

Орджак поклонился, только в осколке души, что был в нём заложен, поселилась тоска.

Подвешенный на крюки, с магической, искрящейся высоким напряжением удавкой на шее, Кайрокс встречал брата пренебрежительной издевательской ухмылкой.

— По вашему приказу доставлен с ветерком, брат мой. Чем же я таким обязался, что меня, младшего княжича, сопроводили к вам, как вшивую собаку за хвост протащив по четырем высшим ординарам, темным на потеху?

— Ты ещё и спрашиваешь? ― холодно осведомился Файрокс, ухмылка с лица Кайрокса испарилась. Его покоробило не то, каким тоном говорил с ним сейчас его брат, а то вселенское разочарование, черным отпечатком таящееся на лице. ― Сколько ещё я могу прощать тебе твои проступки, Кайрокс?

— Какие ещё проступки, брат⁈ А-а-а, а-ха-ха-ха, вы о своей жалкой батарейке? Да светлые вас подери, эта женщина не стоит того, чтобы вы со мной так поступали! Никто не стоит. Они — пыль под нашими ногами, а я ваш родной брат! Княжич. Второй повелитель всех ординар!

— Второй… повелитель? Вот кем ты себя возомнил?

— Разве это не так, брат мой?

Магическая удавка на горле княжича сжимается, причиняя сильнейшую боль.

— Существует только один повелитель, Кайрокс. И иных не дано.

— Ты не посмеешь!.. ― ахнул Кайрокс, таращась на главного жнеца с ужасом, отчаяньем и восхищением, рьяно трепыхаясь в кандалах. ― Не посмеешь. Закон тебе не позволит…

Файрокс устало скрестил за спиной руки, равнодушно наблюдая за мучениями княжича. Белый костюм заливала сочащаяся из-под удавки кровь.

— Я — закон в ординаре, ― тихо говорил Мессор. ― Я, Кайрокс. Кто, если не я, может отменять все законы и их же создавать?