Книга Лекарка из другого мира, страница 39 – Ольга Кобзева

Плаше я дала тот же отвар, что давала ей Евсия многие годы. Это не поможет несчастной женщине, но временно облегчит ее состояние. Пока что это все, что я могу сделать, больше ничего, как бы ни хотела помочь.

Малыш легко нашел обратную дорогу, к домику Евсии добрались уже в кромешной темноте. Поблагодарив гэрха, заспешила внутрь. И не зря — Евсии вдруг стало хуже.

А я в темноте толком и рассмотреть ее не могу! — с досадой стукнула кулаком по стене.

Темноту внутри домика можно было разогнать только запалив лучину, ни свечей, ни светильника у старухи попросту не было. Огонь Евсия добывала, используя несколько огненных камешков. Они хранились у колодца в специальном тайнике. Пару раз я видела, как она ими пользовалась, должна справиться.

Открытый огонь в домике, под потолком которого развешаны пучки с сухими травами — самоубийство, поэтому я зажгла самодельный факел на улице, воткнув его в землю у входа. Дверь пошире, так внутри уже можно было ориентироваться.

Старуха лежала в той же позе, в какой я ее и оставила. Дыхание вырывалось из груди старой женщины тяжело, с хрипами. Кожа бледная, руки ледяные. Состояние крайне тревожное.

Растерев грудь и конечности Евсии согревающим настоем, укрыла ее меховой накидкой, а сама занялась приготовлением нехитрого позднего ужина.

Даже странно, насколько мало мы ценим порой тот комфорт, который у нас есть. Привычный, и от того ставший обыденным, обесцененный.

Раньше я могла заказать доставку или купить замороженную еду, которую достаточно было разогреть. Теперь же для приготовления простейшего блюда требовалось приложить немало усилий.

Печь Евсии с секретом, как и колодец. Она не гаснет. Только сейчас я обратила на это внимание. Евсия при мне ни разу не подкладывала в нее ни дров, ни другого топлива, а печь как горела, так и горит. Хотя… слово «горит» не совсем применимо, ведь печь горячая — это так, но огня, самих всполохов я не нашла, как ни старалась заглянуть внутрь.

Поверхность сверху горячая, посредине особенно, у краев поменьше. Стенки печи тоже обжигают жаром, а вот за счет чего она такая непонятно.

Порывшись в запасах Евсии, достала кусок вяленого мяса, нагребла небольшую корзину овощей и корнеплодов и принялась их подготавливать для дальнейшего использования. Вымыла, почистила, нарезала. Мясо тоже порезала на небольшие кусочки.

Работала почти на ощупь. Однако желудок руладами подсказывал, что спать голодной мне не даст.

Сбросила все вместе в небольшой казан, залила водой и поставила на печь.

Пока обмывалась и носила от колодца воду, густая похлебка успела свариться. Я никогда не была особо прихотлива в еде, вот и теперь удовлетворилась густым супом. Да, не самым вкусным в моей жизни, зато горячим и сытным.

Факел я пару раз меняла на новый, но и этот почти догорел, света в дом проникало меньше и меньше каждую минуту.

Еще раз проверив состояние Евсии, расстроилась. Состояние старой травницы не улучшилось, что вызывало немалые опасения, и я решилась еще раз попробовать просканировать ее организм, постараться определить источник. Возможно, пока меня не было, у Евсии случился еще один инсульт, все указывает именно на это.

Села рядом, кладя ладони на грудь старой женщины, сосредотачиваясь, полностью отрешаясь от звуков вокруг, стремясь заглянуть в организм больной, слиться с ней, как это уже случилось однажды.