Книга Лекарка из другого мира, страница 3 – Ольга Кобзева

Странностей за последние часы я пережила уже столько, что избушка, завешанная пучками трав, уже не показалась чем-то из ряда вон. Такая же крохотная внутри, как и снаружи. Узкая низкая кровать… не кровать даже, что-то типа сколоченных плохо обструганных досок, прикрытых соломенным тюфяком.

Парня положила прямо на доски, брезгливо сбросив тюфяк на пол. Снова раздела, осмотрела ранения. Метнулась в скудную кухонную зону в поисках воды и чистых тряпок.

Еще дым из трубы должен был мне подсказать, что внутри топится печь, но обратила на нее внимание я только сейчас. Духота в домишке стояла невообразимая, несмотря на распахнутую настежь дверь и окно… проем в стене, лишенный стекла.

Кто станет топить печь в такую жару? Однако емкости с горячей водой, стоящей на краю печи, я обрадовалась. Это не была кастрюля или ведро в привычном мне понимании. Кадушка из странного материала. Снаружи холодная, но вода внутри — кипяток!

Удивляться чему-то я еще не устала, но на рассматривание странной емкости времени не было. Первым делом — помочь раненому.

Тряпок, осмотревшись по сторонам, не нашла, снова пришлось рвать собственную одежду, благо слоев на мне было немало.

Травы, подвешенные под потолком на деревянных балках, сплошь незнакомы. Но что-то, словно неведомая сила, толкало в руку, заставляя срывать пучки один за одним. Нашла небольшой котелок из такого же странного материала, как и кадушка на плите, в котором торопливо заварила отобранные растения. По домику полился густой аромат незнакомого отвара.

Время шло, а хозяин жилища так и не объявился. Стало темнеть. Парень иногда стонал, но в себя пока не пришел. Пока травы настаивались, я обработала раны пострадавшего чистой водой и оставила пока подсыхать.

Его бок… не знаю, раньше мне казалось, что рана здесь более страшная. Там, в разгар сражения, мне виделось, что сквозь рваные края просвечивают кости ребер, теперь же… Да нет, не могла я так ошибиться! Или могла?

Зашить ранение было бы неплохо, и я принялась за поиски иглы и ниток. Нашла.

Подавив тяжелый вздох, повертела перед глазами нечто костяное, тонкое и хрупкое. Игла, это бесспорно, только больно уж… гхм… необычная.

Нити пришлось вытянуть из вышивки на пиджаке парня. Похожие на тончайшие золотые, они показались мне наиболее подходящими. Конечно, прежде чем приступить к работе, прокипятила весь шовный материал, оттягивая неизбежное.

Боялась я зря. Шить я могу даже с завязанными глазами, так что справилась. Плотно стянула края раны, делая небольшие аккуратные стежки. Парень иногда стонал, негромко. Но не дергался и в себя не пришел.

Закончив шить, обработала шов заготовленным настоем и плотно замотала рану оторванным куском юбки.

Настал момент, когда я могла осмотреть пострадавшего более пристально.

Его одежда, обувь, прическа… все было чуждым мне. Не таким, как я привыкла. На бедрах не трикотажные боксеры, а бесшовные узкие шорты длиной чуть выше колена. Своеобразное белье в нескольких местах порвано и прожжено, но кровь из-под ткани не сочится, поэтому раздевать парня полностью я не стала. А вот узкие штаны из грубой ткани, пиджак и широкую рубашку на завязках сняла. Как и кожаные сапоги. Сапоги, мать моя женщина! И это в такую жару!

Волосы парня непривычно длинные, связаны каким-то жгутом в простой пучок. Брюнет, но не жгучий. И кожа… она мне сразу показалась странной. Сероватая. Поначалу я думала, что это от потери крови. Но нет, его кожа просто такого цвета. Светло-светло серая. А вот глаза… оттянув веко, рассмотрела ярко-синюю радужку. Даже присмотрелась в поисках линз, не веря, что такой цвет может быть натуральным. Линз не было.