Книга Альфа. Порочный плен, страница 37 – Ника Горская

Взгляд врезается в затылок Альфы, стоящего под упругими струями воды, и между рёбер становится больно.

Благодаря шуму льющейся воды и тому, что стоит он ко мне спиной, есть ещё шанс уйти незамеченной, но я словно приросла к полу.

Почему он здесь?

У него нет личной ванной комнаты?

За три недели моего пребывания в этом доме мы всего пару раз виделись. И то мельком. А сегодня Астахова слишком много…

Мысль о том, что он меня заметит настолько ужасает, что я, забыв о какой-либо осторожности спешно пячусь назад.

Удивительно, учитывая мою нервозность, но двигаюсь я почти бесшумно.

Поэтому для меня становится полной неожиданностью короткий приказ…

— Стоять!

…сказанный абсолютно бесстрастным голосом.

Так жутко как сейчас мне не было даже на той чёртовой поляне.

Когда Астахов медленно поворачивается ко мне я чувствую, что вот-вот не просто лишусь сознания, а впаду в кому.

Но разорвать зрительный контакт с постепенно желтеющими глазами не могу…

Демид

Я чётко улавливаю момент, когда Полина входит в душевую.

Хотя, наверное, это случилось даже раньше.

Слишком явно ощутил её пальцы на дверной ручке, в ту секунду, когда она её коснулась. Просто, потому что та мышца, что уже дохрена лет качает мою кровь, в её присутствии всегда начинает бесоёбить.

Херня какая-то происходит.

Причины которой я так и не знаю.

И меня это жутко раздражает.

Да эта невинная овечка в принципе меня раздражает.

Её испуганный взгляд оставляет на мне слишком ощутимые следы. Будто наждачкой по мне проходится.

— Стоять! — контролирую все внешние реакции, когда она пытается улизнуть.

Внутренние же в это время сходят с ума.

До полнолуния ещё несколько дней, а зверь уже рвёт грудину когтями, требуя свободы действий. Внутри месиво.

Эта святая простота, в защитном жесте прижимающая к груди какую-то тряпку, делает моего зверя слабым. И это меня тоже, сука, раздражает.

— Я… я… случайно. — начинает блеять. — Думала тут никого нет.

Перепугано смотрит мне в глаза, боясь даже на миллиметр опустить взгляд ниже.

Забавная. Но бесящая.

Тянусь рукой и снимаю с крючка полотенце. Не вытираюсь, чтобы эта ненормальная в обморок не грохнулась, к которому она кажется близка. Сразу обматываю его вокруг бедер и медленно двигаюсь на неё.

Знаю, что провоцирую не только девчонку, но и себя, но желание насытиться её эмоциями сейчас сильнее меня.

Полина вжимается боком в открытую настежь дверь, но не сбегает. Что само по себе удивительно.

Она такая хрупкая и невинная. И мой зверь бесится. Он воет, рвётся, требуя её. Требуя прикосновений.

С каждым её судорожным вздохом, с каждым движением, моя воля слабеет. С каждым шагом, приближаясь к ней, я чувствую, как вторая ипостась берёт надо мной верх. Мои чувства обостряются до предела.

Я слышу, как колотится её сердце, чувствую тепло девичьего тела, улавливаю едва ощутимый аромат её волос.

Глаза расширяются от испуга, но она не отступает. Смотрит прямо.

Останавливаюсь в шаге от неё.

Несколько мгновений молча смотрим друг на друга. В её глазах я вижу отражение своего собственного зверя — дикого, голодного, жаждущего.

Поднимаю руку, не зная, что собираюсь делать. Пальцы, повинуясь неведомой силе, тянутся к её щеке. Касаюсь нежно, едва ощутимо.

Её кожа под моими пальцами пылает.