Книга Второй шанс: Истинная для Хранителя, страница 14 – Наталья Нежданова

— Конечно! — отвечает Ужик.

Вечером я опять открываю свой учебник. А через несколько дней вдруг замечаю, что мои тренировки становятся всё более долгими, но при этом отнимают всё меньше сил.

Совсем скоро мне уже не требуется никаких тряпок для борьбы с вездесущей домашней пылью. Я просто создаю крошечный смерч и гоняю его по всей комнате, собирая мелкий сор. Потом открываю окно и отправляю на улицу, где он благополучно вытряхивает весь собранный мусор на траву в отдалении от дома и растворяется сам.

Впрочем, неудивительно. Стихия воздуха была первой, которую я начала осваивать.

Со стихией огня было сложнее. Я долго пыталась хоть чуть-чуть овладеть ею, чтобы не возиться с огнивом и трутом, которого уже почти не осталось. Но безуспешно. Пока Ужик не подсказал про холодное пламя. Вот тогда дело и сдвинулось с мёртвой точки. Хотя зажечь что-либо и даже подогреть этим пламенем не получится, оно даёт лишь свет. Но так даже лучше — не надо опасаться, что случайно устроишь пожар.

Освоив холодное пламя, я попробовала двинуться дальше. И после трёх дней изнурительных тренировок мне, наконец, удалось сформировать крохотный, дрожащий, но самый что ни на есть настоящий огненный язычок и даже поджечь им тонкую сухую веточку! Так что теперь растапливать печь стало очень легко.

Стихия земли тоже поддавалась непросто. Но у меня была очень мощная мотивация — необходимость разработать огород. Делать это вручную, копая землю и выбирая каждый корешок, а их тут явно больше, чем самой земли — медленно и тяжело. К тому же тут даже перчаток для защиты рук нет!

Поэтому пришлось осваивать. В первый раз я заставила очиститься от корней участочек чуть больше моей ступни, и едва ли не полчаса лежала без сил на траве. На следующий день сделала в два раза больше, потом ещё и ещё. А теперь у меня приличная грядка, на которой молодые всходы репы усердно тянутся к солнцу.

Вот до воды я пока не дошла. Но обязательно доберусь.

Тем временем лето близится к концу и мне надо ещё усердней готовиться к зиме.

Погода не подводит и я успеваю собрать все созревшие колосья. Видимо, на том месте раньше было поле, его по какой-то причине не убрали, и хлебный злак стал размножаться самосевом.

Та крестьянка в деревне, которую я напугала магией холодного пламени, успела показать мне дикорастущие травы, годные для приправ и чая. Теперь я каждый день собираю их и подвешиваю либо раскладываю для сушки.

А ещё я заготовила целый мешок сушёных яблок. За тем деревом, что я обнаружила первым, оказались ещё два поменьше с похожими плодами.

Как быть с мёдом, я тоже придумала. Сходила ещё раз в деревню и нашла там человека, который имел дело с пчёлами. После этого договорилась, что он соберёт мёд, и за работу возьмёт себе его часть.

Он поснимал верхушки с колод, и вырезал из них соты. Я заполнила ими все свободные горшки, и даже здоровенную деревянную лохань для стирки.

Куда мне столько? Буду обмениваться на другие продукты — решаю я.

Беру пару горшков и иду в деревню. И приношу назад двух молодых куриц, крупу, сыр и творог.

Я селю живность в сарае. Надеюсь, их никто не сожрёт. Крестьянка, у которой я их выменяла, уверяла, что здесь не водятся опасные для них звери типа наших лис. А от хищных птиц они с цыплячьего возраста привыкли прятаться в траве и кустах. Вот и пусть гуляют в моих диких зарослях, набивая желудки насекомыми, улитками и семенами травы.