Книга Гранитное сердце, страница 81 – Виорика Громова, Ксюша Иванова

Проводив всех на кухню, где хозяйственная Марьяна, чувствовавшая себя у меня, как дома, уже поставила чайник и выкладывала на тарелку принесенные ею же пирожные, я, не сдержавшись, вернулась в комнату, где на журнальном столике уже лежали украшения из гранита и остатки камня, которые тоже Марианна принесла.

Нет, ну, а вдруг?

По очереди я потрогала каждый из них, снова и снова задыхаясь от бешено стучащего где-то в горле сердца.

Но, как и следовало ожидать, ничего не произошло.

Тяжело вздохнув, я повесила кулончик, сделанный Марьяной, на свою серебрянную цепочку и, взяв себя в руки, отправилась ко всем на кухню пить чай.

— Я смотрю, мое творение тебе пришлось по душе? — тут же заметила украшение на мне подруга.

Эх, может быть, как-нибудь я и Марьяне расскажу, что на самом деле со мной произошло и насколько близок моей душе этот кусочек гранита! Когда смогу говорить об этом без слез... Пусть знает. Но пока на это у меня не было сил — существовала опасность, что я элементарно при всех разрыдаюсь.

Сев на свободный стул, я просто сжала кулончик в ладони и кивнула ей.

Я успела заметить испуг в глаза мамы. И даже чувствовала, как чьи-то руки, то ли отца, то ли Ивана Сергеевича, подхватили меня, не дав упасть на пол.

А потом комната бешено закружилась перед моим глазами, сознание померкло, будто выключили свет. Я не успела ни испугаться, ни осознать в полной мере, что случилось.

Но зато когда я будто от толчка внезапно проснулась, а может, пришла в себя, я уже отлично понимала, где я и кто я.

Это удивительно, но в отличие от прошлого раза, когда я оказалась в другом мире полностью в чужих вещах, в этот раз на моей шее остался висеть кулон из гранита! Правда пальцы, его сжимающие не чувствовали звеньев серебряной цепочки, а ощущали обычный кожаный шнурок.

— Ну, наконец-то! — раздаля рядом радостный голос Бруны. Она каким-то чудом поняла, что я пришла в себя, хотя глаза мои пока еще не желали открываться.

Пальцы моей второй руки в то же мгновение кто-то ласково сжал. И я ответила таким же ласковым пожатием.

Наверное, это Бруна и Джек со мной находятся. Вряд ли они с Луизой далеко отъехали от каменоломни, раз уж снова случилось перемещение.

— Спасибо, Бруна. Спасибо Джек, — произнесла я, открывая глаза.

— Хм... — ответил мне до боли знакомый голос. — Быстро же ты меня на этого бабника Лардаса поменяла...

И вот я снова находилась здесь. Казалось, бы разве не об этом мечтала? И солнышко не по-осеннему пригревало, и даже непевали невидимые глазу какие-то морозоустойчивые птички, и Бруна тактично ускакала вперед. А Джек, встречавший нас у выхода из каменоломни, наоборот, пришибленно держался позади, и иногда, оборачиваясь, я ловила его странные взгляды.

Видимо, это встреча с настоящей Луизой и понимание ситуации такое на него произвели впечатление.

И вот я снова находилась здесь! И даже Брендон был рядом! И я знала о том, что он не приходится кровным родственником Луизе! Правда, я также знала теперь, что Луиза, а то есть и я, не приходится родственницей, а точнее дочерью князю Шортса, а следовательно, как я понимала, не имеет права на престол, но...

Как обычно в ситуации полнейшего счастья всегда существовало это самое мерзкое "но"!

И заключалось оно в следующем.