Книга Гранитное сердце, страница 47 – Виорика Громова, Ксюша Иванова

Мне хотелось, бежать от них! Мне хотелось забиться куда-нибудь в уголок, закрыть глаза, которые и без того были крепко закрыты, заткнуть уши, чтобы не слышать шепота. Мне хотелось спрятаться.

Но прятаться здесь было некуда.

И в тот момент, когда я четко осознала это, я вдруг почувствовала необходимость в опоре. Мне нужно было что-то... кто-то, кто способен был дать мне сил не сломаться, не сбежать, не дрогнуть!

Моя рука сама нащупала его руку.

Я только коснулась пальцами ладони Брендона, а дальше он сам накрыл мою ладошку, переплетая пальцы, сжимая их в горячей и сильной своей руке.

От наших сплетенных рук в мое тело пошла волна тепла и чего-то еще, нереального, непонятного, что текло по моим венам, волной ворвалось в сердце и заставляло меня задыхаться.

Но при этом я вдруг ВСЁ поняла! Картинки мелькали перед моими закрытыми глазами, как будто я смотрела фильм, только в очень-очень ускоренной съемке. И хоть не каждую из них я могла осознать, они всё равно оседали в моей памяти, в моем мозге, давая возможность понимать...

Я сумела увидеть древние битвы. Торжество одних. И горе и бесчестие других. Я сумела увидеть сцены прощания с детьми и женами воинов, уходящих на верную смерть. Я разглядела горе матерей, оплакивавших своих умерших сыновей. Я видела дым и пепел от сожженных деревень. Я видела людей, стоящих плечом к плечу, и орков, стоящих рядом с ними. И я видела бескрайнее море ликаев... И то, какие они на самом деле: есть высшие сущности, бледноликие и стройные, с прозрачной кожей и белоснежными волосами, а есть нечто уродливое, рожденное в горнилах вулканов, почти не похожее на живые существа, черным морем текущее в сторону границ, в сторону стены, способное поглотить всё живое...

Когда я сумела открыть глаза, словно вынырнув из воды, Брендон держал меня в объятьях, прижимая к себе. Испуганно шептал что-то успокаивающее, зовущее. Слов я не понимала.

Я знала.

Теперь я знала, ЧТО ждет этот мир.

И еще я знала, зачем я здесь.

Вцепившись в мужчину, я зарыдала, уткнувшись лицом в его плечо.

Я видела его смерть.

— Мне нужно выйти к ним, — я заставила себя оторваться от Брендона, хоть это и было до ужаса сложно.

Отодвинулась и всмотрелась в его лицо, не решаясь рассказывать то, что только что стало для меня ясным, как белый день.

— Ты разговаривала с духами? — спросил он.

— Нет. Я просто увидела всё таким, как есть. Как было. Как будет.

— И что? Что там было?

— Рано или поздно любая, даже самая долгая жизнь, заканчивается...

— Это понятно, но... Что будет со Смарагдом, с Шортсом, с Арданией в целом? Сумеют ликаи победить нас?

— Будут битвы. А кто победит, еще неизвестно.

— Да как так может быть? — не поверил Брендон. — Если ты видела, как будет, значит, должна знать, кто победит!

Я пожала плечами. Может быть, я еще не научилась видеть и понимать? Может быть, в следующий раз (а я была уверена, что следующий раз обязательно будет) я сумею разглядеть больше.

— Зато я видела твою смерть! — выдала, сама не ожидая того, с каким пафосом прозвучит это заявление.

— О, нет-нет! Вот этого мне не надо знать, — сразу же запротестовал он, смеясь.

— Да, нет уж! Я скажу! — грустно улыбнулась я. — Будет лучше, если ты будешь знать сразу.

Собственно, ничего ведь не произошло такого, чего бы я не ожидала от жизни, правда? Ну, нет, конечно, в последнее время судьба подбрасывала мне очень даже неожиданные сюрпризы, но они вполне укладывались в канву моей одинокой жизни. Полной приключений, но одинокой...