Книга Книжная лавка с ароматом кофе, страница 35 – Каири Аоцуки

— Это… ужасно… – только и смог выдавить из себя я.

И тут мужчина схватил меня за плечо. Больно! Руки у него оказались невероятно сильные.

— Да! Еще как ужасно! Этот яркий мир стал для меня беспросветной тьмой! Понимаешь мое отчаяние?! Мою печаль?!

— М-м, ну…

— Не понимаешь! Этими глазами ты можешь видеть все, что любишь! Прямо сейчас!

Амон осторожно отстранил мужчину, который явно начал раздражаться. Тот сразу успокоился и весь как-то обмяк:

— Простите, что-то нашло.

— Ничего, ничего, хорошо, что никто не пострадал. – Амон прокашлялся.

Мужчина молчал и не двигался.

— Не знаю, успокоит вас это или нет… – сказал я. – Вы видели ребенка один раз. А что, если до него дотронуться? Вы же наверняка помните его по прикосновению и сможете понять, насколько он вырос. Вы не различаете цвета, но вам это и не нужно. Ведь тело меняется, а цвет его так и остается неизменным.

Мужчина только тяжело вздохнул.

— К сожалению, этому не суждено сбыться, – ответил вместо него Амон.

— О чем ты?

— По ощущению не выйдет. Такого ребенка можно понять только глазами.

Ну вот, я опять перестал что-либо понимать. Посмотрел на Амона, а потом перевел взгляд на мужчину. Тот молча кивнул.

— Почему, ты думаешь, он пробирался в книжный? А причина очень проста: он искал книгу, – продолжил Амон.

— Книгу?

— Да. Но он мог положиться только на слух и на тактильность. В рабочие часы вокруг него было много разных звуков из-за покупателей.

— Но почему книгу?

— Потому что она и есть ребенок, – едва слышно произнес мужчина.

— Книга и есть ребенок?

— Так и знал! Я поискал в твоем телефоне, Цукаса, и узнал о писателе, который несколько лет назад тяжело заболел и ослеп. И я подумал: а что, если его любимым произведением был «Песочный человек» Гофмана?

Мужчина снова молча кивнул.

— То есть для писателя произведение – все равно что ребенок? И поэтому, просто коснувшись книги, содержание не понять, так? – уточнил я.

— Именно. Но он прекрасно помнит ее размер, толщину и переплет. Поэтому и ищет.

— Мне так стыдно. – С опущенными плечами, понурый, писатель выглядел в разы меньше Песочного человека.

— Хоть и писатель, но, как говорится, не слишком удачливый, – продолжил Амон. – Небольшой тираж дебютной работы, о масштабном издании можно было только мечтать. Широкого распространения она не получила, и несколько экземпляров были доступны лишь в крупных книжных магазинах Токио. Да и то не во всех.

— Это одна из причин, почему я пришел именно сюда.

— Да. К тому же здесь есть редкие, только вышедшие из печати книги. Поэтому он и подумал: а вдруг?

— Да уж, всего несколько томов.

Свет фонаря слегка освещал этаж и бесчисленные книжные стеллажи. Настоящий «книжный универмаг»! Казалось, здесь можно найти какую угодно книгу.

— К сожалению, я не смог отыскать вашу книгу. Хотя тоже пытался, – вздохнул Амон.

— Понятно, – буркнул в ответ писатель.

— Однако… – И Амон словно из ниоткуда достал томик в мягкой обложке. Края немного помяты, а переплет опален. Книга явно зачитанная. На обложке изображен пейзаж какой-то неведомой страны, летают феи. Сказка, наверное. Амону такое нравится. – Она нашлась в букинистическом магазине. В Дзимботё. Книжный район недаром зовется книжным раем.

Вот оно что! Тот самый успех Амона?

— У… у вас моя книга?!