Книга Академия тайных даров. Преданная смерти, страница 67 – Дана Данберг

— Говорят, на кого-то пытался воздействовать, а у того тоже какие-то способности от других рас. Вот он и засек.

От других рас? Помимо русалок, ментальной магией обладали еще высшие эльфы, но их цивилизация вымерла так давно, что потомков с хоть сколько-нибудь значимым количеством крови и не осталось. Еще феи – менталисты, причем, довольно сильные, но у них и у людей слишком большие видовые различия, так что потомства не бывает. Несмотря на то, что феи всего лишь чуть меньше среднего человека по росту, а вовсе не те крошечные создания, как в фольклоре.

Так что считается, что ментальную магию люди получили именно от русалок. Причем, если менталисты рождались уже просто так, от браков между собой, то вот крохи дара, типа моего – это было наследственное и обычно у девочек. У мальчиков встречалось такое очень редко. Но значит, минимум один такой есть в Академии и Маркусу не посчастливилось на него нарваться.

Но это все со слов Алины, а поскольку с нами никто не разговаривает, она сама толком ничего не знала. Только слышала сплетни и искренне порадовалась, что ее обидчику надавали люлей. Причем, какие-то старшекурсники и не один на один.

И честно говоря, мне это все совсем не нравится. Маркус ведь, по сути, единственный здесь, с кем можно было нормально поговорить. С Теренсом тоже, но он-то в общении не очень заинтересован, так, пересеклись пару раз. Я же не буду за ним бегать и пытаться завести беседу.

А вот Маркус, мало того, что наш сосед, так еще и спокойно идет на контакт. Но что если избили его не из-за его способностей, а как раз из-за этого?

Можно было бы предположить, что это перебор, что из-за нарушения бойкота глупо кого-то избивать, тем более, сильно. Ну а сам этот бойкот не глупость? А то, что всех учеников заставляют каким-то образом его соблюдать… Интересно, каким?

Но ведь со мной говорили и де Нидвес, и де Ликас. Причем, если бы старшекурсник действительно считал, что есть опасность, он бы просто так общаться и отвечать на мои вопросы не стал. Натан – ладно, он мог и не понимать всей серьезности ситуации и ему это еще аукнется. Или это вообще не касается ребят с нашего факультета? Но и парней, которые мне мебель таскали, никто не наказал ведь.

— Алин, а ты точно слышала, что его избили за то, что он применил ментальные способности?

— А за что еще?

— То есть, ты так думаешь, но не слышала.

— Я слышала, – соседка задумалась, – что его кто-то засек. А что он мог засечь, кроме ментального воздействия?

— Например то, что мы с Маркусом пару раз разговаривали, – чуть слышно ответила я, приложила палец к губам и скосила взгляд на комнату Зои.

Соседка несколько секунд сидела, осмысливая то, что я сейчас сказала, потом так же тихо ответила:

— Ты думаешь, его… – она прижала ладонь ко рту. – Ну это уже слишком!

— Я не знаю. Попытаюсь завтра пройти в медблок и его расспросить самого.

— Он будет с тобой говорить?

— Не знаю. Если его избили именно за это, то вряд ли. Алин, он нормальный парень, его попросили нас прощупать и он не мог отказаться.

— Ладно, чего уж так, – та махнула рукой. – Моя помощь нужна?

— Подумай, как мне попасть в медблок, не вызвав подозрений?

— Хочешь, я тебе в глаз дам? – усмехнулась та.

— Настолько сильно, чтобы понадобилось идти в медблок? Нет, спасибо, – вернула усмешку я и, скривившись, продолжила: – Ладно, у меня завтра вторым занятием физподготовка, я что-нибудь придумаю.