Книга Ученица Темного ректора. Как спрятать истинность от дракона, страница 7 – Юлия Ханевская

Я даже не знала, что такое бывает.

Многое в драконьей магии, а также в природе самой истинности для меня открылось впервые с проявлением метки. Я из самой простой человеческой семьи, у нас в роду не было драконов. И тот факт, что связь с истинной парой для них не вечна, стала для меня открытием.

Хотя это вполне логично, если посмотреть на ситуацию с холодной головой. Если с парой что-то случится, дракон не будет обречен на одиночество, у него останется шанс на продолжение рода… но уже с другой.

«Ты дракону не по масти, детка.»

А вот об этом я знала.

Даррен Риверзен — благородных кровей. Его род один из самых богатых и влиятельных в империи. Метка на моем плече стала для него огромным сюрпризом.

«Никто тебе не поможет. Тот, кто мог бы — сам заказал твою смерть.»

А это я проверить уже не смогу.

Я слышу голоса убийц так отчетливо, будто они шепчут прямо в моей голове.

Но не только эти жестокие слова указывают на предательство Даррена, а еще записка от него, на которую я попалась, словно рыбка на приманку...

Совпадение?

Или просто элементы одной цепи, и выискивать скрытые смыслы тут не нужно.

Даже если он не отдавал приказ лично, все, что случилось, так или иначе с ним связано. И снова открыто становиться его истинной парой мне смертельно опасно.

Насколько я готова пожертвовать всем и пойти к нему напрямую?

Встретиться с ним при первой возможности, выложить, что я — его истинная, и явилась из будущего, что я знаю детали своей смерти?

Ведь есть вероятность, что его подставили, а зная все наперед, он мог бы меня защитить.

Но… нет, я не готова рискнуть.

Не готова поставить на карту свою жизнь и жизни близких только ради того, чтобы проверить факт его причастности к случившемуся.

Единственное, что остается — окончить академию и уехать из империи как можно дальше.

Но что же делать с меткой?

Я помню, как это было. Едва она проступила на плече, все изменилось. Я будто перестала принадлежать самой себе. Эмоции, мысли, желания — все исказилось, стало вращаться вокруг него.

До того я восхищалась им так же, как и любая девушка Академии. Он был грозный, недосягаемый дракон, ректор. Но не больше.

А потом… потом я влюбилась. Не потому что захотела, а потому что метка вырвала у меня свободу выбора.

И это может стать моей самой страшной проблемой.

Я снова беру карандаш, но пишу уже не хронологию событий — я записываю правила выживания.

Первое: не верить чувствам.

Второе: держаться от Даррена Риверзена как можно дальше.

Третье: скрыть метку любой ценой.

Холодное спокойствие оседает в груди, тяжелое и расчетливое. Я больше не жертва воспоминаний.

Я — человек, который знает финал, и у которого есть шанс переписать его.

Несколько дней я почти не выхожу из комнаты.

Ем мало, сплю плохо.

Мама старается не тревожить, хотя я замечаю, как часто она останавливается у двери и прислушивается. С каждым утром в ее глазах появляется все больше тревоги.

Я не могу рассказать ей правду.

Что уже умерла.

Что видела окровавленное тело отца.

Что каждый раз, когда она гладит меня по волосам, чувствую ком в горле и тяжесть ответственности за наше будущее.

Поэтому я просто говорю:

— Все хорошо, мам. Просто… волнуюсь. Последний год в Академии, выпускные экзамены, дипломный проект… — слова даются легко, будто сами находят выход. — Хочу все успеть.