Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 92 – Анна Сокол

Корин хмыкнул, но сказанное нисколько не смутило улыбающегося Вьера.

— А вам урок на будущее, мистер Гилон: не полагайтесь только на железо, когда смерть нацелилась в лицо, противник может попытаться остановить ее голыми руками, — магистр опустил рапиру и продолжил. — Дженнет, вам тоже зачет, Мэрдок, — он посмотрел на парня. — Зачет, но… Я понял, почему ты сдержал удар. Здесь и сейчас, в ученическом поединке против Астер. Понял, но если бы ты сражался против герцогини, получил бы неуд.

Хоторн нахмурился.

— Ты должен помнить, что в бою не бывает мужчин и женщин, не бывает леди и джентльменов. Бывают лишь противники. Запомни и оставь рыцарство для бала. Или однажды лишишься головы.

Парень подумал и кивнул, принимая критику.

— Астер, — магистр прищурился. — А знаешь, тебе тоже зачет. Техника хромает на обе ноги, но, — он оглядел зал. — Теперь я вижу, что ты хочешь драться. Что хочешь победить. Возможно, из тебя еще и выйдет толк, если заменишь оружие. Остальные — на второй круг.

— Как интересно, — хмыкнула направляющаяся к выходу Дженнет. — Одной проигравшей поставили зачет, остальных заставили потеть дальше. Ничего нигде не жмет, Астер?

— Нет, Альвон, — ответила я, подбирая сломанную рапиру. — Но благодарю за беспокойство.

— Кстати, — сказал подошедший Вьер, — расчеты ты тоже сдала. Это я так, к слову… если тебя интересует.

Я склонила голову в знак признательности и направилась к выходу. За спиной со звоном скрестились клинки.

Моя комната на втором этаже жилого крыла выглядела, как и должна выглядеть спальня леди. Чистая, опрятная и немного холодная. В холоде было виновато приоткрытое окно — в комнату дуло, и подоконник покрывал слой подтаявшего снега. Камин давно остыл, надеюсь, его не забудут разжечь к вечеру. Девы, как же я скучала по Лиди, моей камеристке в Кленовом Саду! Там мне не приходилось задумываться ни о прическе, ни о чистоте платьев. Но в Академикуме другие правила. Хочешь учиться магии, научись заправлять кровать сам. Помню, как стонала в первый день герцогиня. Хотя растапливать камин нам не доверяли, что не могло не радовать.

Я вытащила из сундука пальто, пояс, развернула черную рапиру, кошелек с мелкими монетами, ученический значок, перчатки. Спрятав локоны под шляпку,проверила наличие ингредиентов. «Сухая вода», «ржа», «семена пустоты», «земляной настой», «горошинки тьмы», «проявитель», «куриная слепота» — все на месте. Я закрыла окно и оглянулась. Теперь комната не была столь безукоризненно прибрана: сундук чуть сдвинут, шкаф со шляпками открыт, на смятом покрывале лежала скомканная упаковочная бумага, рядом сломанный матушкин клинок.

Почему у меня такое чувство, что я собралась на бой?

Всего лишь спущусь в город, выслушаю Криса, если он, конечно, захочет говорить, и вернусь в Академикум.

— Вот только себе не ври, — проговорила я. — Выслушать-то ты выслушаешь, но вот вернешься ли? — и, словно боясь передумать, быстро вышла из комнаты.

Дирижабль не трясло, он спускался плавно и почти неосязаемо. Не надо только смотреть в окно, не надо думать о том, что под ногами у тебя пустота. Много-много пустоты.

На этот раз тревожное ожидание было скрашено мыслями и сомнениями. Я живо представляла себе вариации предстоящего разговора с Крисом, но почему-то упорно скатывалась к сценам из бульварных романов. Он возьмет меня за руку, посмотрит в глаза и скажет… Тут фантазия выдыхалась, потому что я представляла, что он может сказать, и это совсем не сочеталось с романтикой.