Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 362 – Анна Сокол

— Ну, Эра и Тиэра все еще разделены, если ты не заметила, – ответила мне Алисия. – И вообще, по мне, все это чушь собачья.

— Выражаешься, как извозчик, – не сдержалась Гэли. – Хоть бы магистра постеснялась.

— Нет, ну, правда, – вдруг вмешался Оли. – Разве в прошлый раз ничего не случилось? Совсем-совсем?

— Ну… понимаете, – замялся магистр Дронне раз в пятый снимая очки и снова начиная вертеть их в руках.

— Князь погиб, – вдруг ответил за него Отес. – А вместе с ним главы Ордена, Магиуса и Посвящения…

— Хорошенькая «чушь». – Оли присвистнул.

— Ну, – снова взял слово учитель. – На самом деле, все не так очевидно. Главы Магиуса на тот момент не было, его замещал Лориан Муньер, если не ошибаюсь, а верховная жрица была больна.

— А как они погибли? – спросила Рут, и вся группа замерла в ожидании ответа. Ничто не вызывает большего любопытства, чем чужая смерть.

— Позвольте, я не думаю, что это имеет какое-либо касательство к нашему предмету…

— Это даже я знаю, – снова вмешалась Алисия. – Князя завалило в пещере вместе отрядом серых псов. Верховная жрица умерла во сне. Муньеру перерезали горло в подворотне Льежа, а глава Ордена подавился рыбьей костью за обедом.

Мы все, включая магистра, ошарашено посмотрели на дочь первого советника.

— Да ты бредишь? –не удержался Коррин.

— Ну и кто сейчас выражается, как извозчик? – уточнила Алисия и рассмеялась. – Конечно, брежу. Видели бы вы свои лица.

— Ну, знаете ли, –высказалась Рут.

— Так она все это выдумала? – уточнила побледневшая Мэри.

— Конечно, –с отвращением ответил Мэрдок.

— Ничего себе…

— А я почти поверил…

— Так, тишина! – повысил голос магистр Дронне и уже добавил: – Ну, я прошу вас, вернемся к предмету, в конце - концов, вас ждет экзамен.

Мало-помалу все успокоились, а учитель опять начал перечислять в полголоса названия созвездий, погружая учеников в сон. Гэли снова стала корпеть над письмом отцу, пытаясь одновременно рассказать все и не напугать его до полусмерти. А я снова поймала на себе взгляд Мэрдока, и он снова мне улыбнулся. Знать бы, что это означает, великие бедствия или великие свершения?

На почте мы с Гэли оказались ближе к обеду.

— Только представь, как папенька, должно быть, волнуется, – рассуждала подруга. – С Академикумом творится девы-знают-что, а он даже в Око посмотреть не может. Нет, я должна подать весточку, тем более, что почту, наверняка, отправят сразу же по прибытии в столицу…

Мы зашли в здание почты, и Гэли замолчала на полуслове.

Вряд ли кто-то в здравом уме отважился бы оставить здесь письмо. Если в прошлый раз, нам показалось, что на станции беспорядок, то теперь увиденное прямо претендовало на звание «хаос». Сложите в лакированную шкатулку драгоценности, потрясите и откройте. Что вы увидите? Что сережки зацепились за бусы? Что цепочки перепутались, а кулон намертво застрял в звеньях браслета? Очень даже вероятно. А теперь представьте, что вместо драгоценностей у вас посылки и письма, а вместо коробочки здание почтовой службы.

Академикум очень долго трясло, и мало кто представлял себе все последствия, особенно здесь, среди незакрепленных коробок, свертков и кульков.

— Девы милосердные, Катарина, где тебя демоны носят? – раздался голос миссис Улен.

И мимо нас, ловко перепрыгнув через продолговатую коробку, пробежала девушка с охапкой писем. Темные локоны выбились из-под чепца, на носу темнело грязное пятно. Гэли сделал несколько шагов вперед, обогнула, накренившийся и чуть выдвинутый вперед стеллаж. Катарина уже подбежала к столу, за которым сиделамиссис Улен и что-то торопливо записывала в толстую тетрадь.