Книга Бежать от злодея, страница 69 – Элина Амори

Василиса отодвинулась, подпуская его к «столу» и продолжила потягивать вино довольно щурясь и заедая виноградом. Элемиан тоже не знал, о чем говорить, и просто набивал желудок остывшей едой, подливая из уже полупустого кувшина вино и рассуждая, выпила ли столько Василиса, или друг тоже приложил к нему свою руку. А если так, то где еще побывали его проворные руки?

Энергия уже не просто ворочалась, клокотала в яростном желании, подкидывая картинки разной степени развратности.

— Будешь? — спросила вдруг Василиса и беззастенчиво протянула ему зеленую виноградину.

Элемиан наклонился ближе и приоткрыл рот, удивленный внезапному предложению. Василиса сосредоточенно свела брови и поднесла ягодину ближе ко рту. Элемиан прихватил губами вместе с пальчиками потерявшей бдительность ведьмочки. Она растерянно моргнула. Припухшие покрасневшие влажные от вина губы манили сильнее самых вкусных яств.

Элемиан перехватил ее руку своей, слегка отодвинулся, прожевал ягодину, отставил свою кружку и забрал у Василисы, пододвинулся ближе. И пока она не осознала толком, что происходит, скользнул рукой по ее щеке на затылок, наклонился и наконец попробовал мягкие, расслабленные, сладкие от вина и ягод губы. Энергия Мории вмиг стихла, и по телу разливалось теперь приятное тепло.

Василиса дернулась, точно опомнилась, но он придержал ее, мягко прижав к себе, слегка отстранился, целуя поверхностно и осторожно. И Василиса поддалась, открылась, расслабилась. Но держать себя в руках было непросто. Страсть, своя собственная, а не разожженная богиней, охватила все его существо.

Элемиан опрокинул Василису на кровать, целуя теперь глубоко, напористо, пробуя на вкус ее нежные губы, мягкий язычок, ласкал ее через одежду. Где-то вдалеке маячила тревожная мысль, что если она сейчас начнет сопротивляться, он не остановится. Не сможет. И без того терпел слишком долго.

Но пока она поддавалась. Прикрыв глаза, расслабленно касалась пальчиками его плечей, едва слышно постанывала. Не прерывая напористого поцелуя, чтобы не дать ей опомниться, он задрал тонкую рубашку, прошелся по трепещущей шелковистой коже живота, ребрам, обхватил упругую мягкую грудь. И простонал ей в губы от наслаждения.

О да, ему так хотелось этого, так сильно хотелось...

Элемиан отстранился от губ, чтобы спуститься к ее груди. Стон-всхлип был ответом на его ласки. Ее пальчики вцепились в его волосы на затылке и в плечо, потянули, будто Василиса старалась сохранить над ним контроль. Элемиан поддался, притворившись, что это может удержать его.

Она дышала часто, шумно, подрагивала под ним. И ее кожа то и дело покрывалась мурашками. Ее хватка чуть ослабла, и он вновь принялся ласкать ее грудь губами, языком, осторожно покусывать.

Когда он скользнул рукой между ее ног и с радостью ощутил там желанную влажность, то уже перестал осторожничать и даже ее попытки оттолкнуть его перестали заботить. Он отстранился, стащил с нее рубашку, штаны вместе с нижним бельем.

Ее испуганное личико и тихие просьбы остановиться и чего-то подождать больше не имели значения. Он достиг своего предела. И лишь развязал шнуровку собственных штанов, раздеваться полностью казалось сейчас слишком долго и муторно.

— Ай! Нет, Элемиан, подожди, — всхлипнула Василиса, когда он навис над ней, целуя шею и лаская рукой ее грудь. Она вцепилась в его плечи довольно ощутимо, пыталась оттолкнуть, но разве это могло помешать ему?