Книга Эльф для цветочницы, страница 4 – Элейн Торн

Надир рассмеялся, сухо, как треск костра. Его четки застучали быстрее.

— Госпожа боится мужчин? Тогда зачем тебе раб? Купи себе старуху или кастрированного!

— Мне нужны сильные руки, а в придачу к ним адекватные мозги! — прошипела Рози, — А не звериный оскал.

— девушка повернулась, и пошла было прочь, но ее взгляд зацепился за что — то, или кого — то, сидящего в полумраке павильона у самой дальней стены. Присмотревшись, она заметила фигуру.

Он сидел на земле, вытянув длинные ноги. Даже в этой грязи, в этом рванье, покрывавшем его тело. Он выделялся, как осколок луны, среди болотной тины. Белые, грязные, пепельные волосы падали на плечи длинными, спутанными прядями, но даже грязь, не могла убить их призрачного свечения. Кожа — бледная. Но лицо… Лицо было поразительно красивым. Не той броской приторной красотой, что Рози встречала на гравюрах, а суровой, как у падшего бога или дикого зверя, закованного в цепи. Эльф. Тонкие благородные черты: высокие, четко очерченные скулы, прямой нос, изящный разрез губ. Заостренные уши выглядывали из — под спутанных волос. Но главное — глаза. Льдисто — серые. Они смотрели прямо на Рози с холодным спокойствием. В глазах не угадывалось ничего: ни страх, ни похоть, ни покорность. Только пустота. Когда Рози поняла, что откровенно пялится на эльфа, поспешно отвела взгляд.

Он был худ, но не истощен. Под рваной рубахой просматривались сухие жилистые мышцы, — не те груды мяса, что у предыдущих рабов, а точеные, как у змеи или дикой кошки. И странное дело: он даже сидя на полу держал спину прямо, а голову приподнятой.

— Так держаться только короли в изгнании, но не простые эльфы, — подумала Рози. — Кто это? — спросила девушка, не оборачиваясь к Надиру.

Старик хмыкнул. — А этот. Упрямый раб. Не для госпожи. — Сильный, выносливый, конечно. Но нрав — хуже дикого зверя. «Не для госпожи», — сказал Надир.

Рози снова посмотрела на эльфа. Тот даже не повернул головы в ее сторону. Смотрел в пустоту, словно ее, Надира, рынка, тут не было.

— «Мне нужен раб, а не война. Но этот хотя бы не смотрит на меня как на кусок мяса, ему вообще все равно».

Рози вдруг подумала о своей теплице. О розах, которые требовали ухода и терпения. О лилиях, что раскрывались только на рассвете. О земле, которую она месила руками, пока не стирала пальцы в кровь. О той тихой, упрямой силе, которая жила в ней самой — и которая никогда не была покорной.

Он похож на меня, — поняла она вдруг. — Такой же негнущийся. Такой же ненужный тем, кто ищет удобных.

— Сколько? — спросила она, не поворачиваясь к Надиру.

Старик не понял.

— Госпожа?

— Сколько стоит этот эльф? — Рози кивнула в сторону дальней стены. — Этот…

Надир рассмеялся.

— Пять золотых. Дешевле, чем любой из тех, кого я вам показывал. Но, госпожа, вы слышали, что я сказал? Он не...

— Я слышала, — перебила Рози. — У него сильные руки?

— Сильные, — нехотя признал Надир. — Но...

— Он может таскать ящики с землёй?

— Может всё, что угодно, — старик пожал плечами. — Вопрос в том, захочетли.

— Он чем — то болен? — спросила Рози.

— Здоров как бык, госпожа, пожал плечами Надир, — Эльфы вообще не болеют нашими болезнями. Раны заживают быстро, выносливы, отличное зрение и слух лисицы.

— А почему он здесь? — спросила она.