Книга Эльф для цветочницы, страница 16 – Элейн Торн

— А где... — Томас замялся, подбирая слова. — Где тот эльф, которого вы купили?

— В своей комнате, — коротко ответила Рози.

— Он... он не выходил?

— Нет.

Томас помолчал, ковыряя ложкой в миске. Потом поднял на неё серьезные глаза — слишком взрослые для его юного лица.

— Госпожа Рози, вы боитесь его?

Она хотела солгать. Хотела сказать «нет, конечно, с чего ты взял». Но слова застряли в горле. Томас знал. Не всё, но достаточно. Он видел, как она вздрагивает от резких звуков. Видел, как она отшатывается, когда кто-то подходит слишком близко. Он никогда не спрашивал — и за это она была ему благодарна.

— Немного, — призналась она наконец. — Но это пройдет. Он просто... новый человек в доме.

Томас кивнул, но в его глазах читалось сомнение. Он доел ужин, поблагодарил и поднялся.

— Я пойду, госпожа Рози. Завтра приду как обычно, к открытию. Если что-то понадобится... вы знаете, где меня найти.

Она кивнула. Томас вышел, аккуратно притворив за собой дверь, и его шаги стихли на улице. Рози осталась одна. Ну, почти одна.

Моррис спрыгнул с подоконника, подошел к ней и потерся о ноги, громко мурча. Она наклонилась, почесала его за ухом.

— Что думаешь, Моррис? — спросила она шепотом. — Он опасен?

Кот зевнул, показав розовый язык, и отвернулся к своей миске. Ответа не последовало.

Для Калеба она сложила на поднос полную миску рагу, отрезала ломоть хлеба, налила кружку травяного отвара, помедлив, добавила маленькую глиняную плошку с медом — просто так. Она всегда добавляла что-то «просто так», когда нервничала. Старая привычка, оставшаяся с тех времён, когда она пыталась задобрить Джеймса вкусным ужином, чтобы он был добрее. Это редко помогало.

Идти по коридору к его двери было трудно. Ноги словно налились свинцом. Каждый шаг отдавался в ушах гулким эхом. Рози представляла, как дверь распахивается, как он выходит — высокий, сильный, — как его руки тянутся к ней...

Она остановилась. Зажмурилась. Досчитала до десяти, как учила себя в самые трудные дни. «Ты не там, Рози. Ты здесь, в своём доме. Он не Джеймс. Он не делал тебе ничего плохого. Ты справишься».

Стук. Костяшками пальцев по дереву. Три быстрых удара.

— Калеб? — её голос прозвучал тонко, почти жалобно. — Я оставила ужин у двери. Здесь рагу, хлеб, чай. Если захочешь еще — на кухне есть добавка.

Тишина.

Она подождала. Пять ударов сердца. Десять. Пятнадцать.

Никто не ответил. Даже половица не скрипнула.

Рози нахмурилась. В груди шевельнулось что-то помимо страха — беспокойство. Может, он спит? Может, ему плохо? А может, он сбежал через окно в сад, и теперь она осталась одна, как и хотела? Одна — в безопасности, но почему-то от этой мысли внутри что-то сжалось.

Она осторожно поставила поднос на пол у двери. Выпрямилась.

— Я ухожу к себе, — сказала она тише, чем собиралась. — Если что-то понадобится... ты знаешь, где меня найти.

Ответа снова не было.

Рози отступила на шаг, потом еще на один. Развернулась и быстро пошла прочь по коридору. Её шаги ускорялись сами собой, пока она почти не побежала вверх по лестнице. Деревянные ступени жалобно скрипели под ногами, и каждый скрип отдавался в позвоночнике холодной дрожью.

Она влетела в свою спальню, захлопнула дверь. Руки тряслись, когда она поворачивала ключ в замке — старом, тяжелом, с длинным железным языком. Ключ повернулся с глухим лязгом. Мало.