Книга Мои две половинки, страница 99 – Анна Есина

— Поселим его в шкаф, — предложил Илья.

— Лучше на крышу, — охнула, когда Ромка прикусил меня за плечо и по-хозяйски смял попу. — Самое место для мужчины хоть куда, в полном расцвете сил.

— Вы прикалывайтесь, прикалывайтесь, — Рома сосредоточенно жамкал мои ягодицы, потом лизнул в шею и как бы невзначай отметил: — Это ж только я знаю, что на тебе нет трусиков.

Илья полоснул по мне звериным взглядом, с холодком посмотрел на брата.

— Сонь, когда этот отморозок в следующий раз попросит на коленях и глубоко, мой тебе совет, пошли его лесом. А теперь лапы убрал. У нас тут вообще-то свидание.

— Сонь, убрать? — томно выдохнул мне на ушко Ромыч.

Я поплыла. От отчуждённости Ильи, от нежной напористости Ромы, от тесноты наших объятий на троих.

Свидание, да. И я вдосталь насладилась их обществом, внешним видом и всем спектаклем. Хочу распутства.

Я погладила атласные лацканы пиджака Ильи, добралась пальчиками до бабочки — без понятия, как её развязывать, Ромка носил лишь галстуки, да и то изредка. Прочие мои кавалеры... Да плюнуть и растереть!

— А можно мне ещё одно желание? — выговорила с намёком и расстегнула пуговицы на пиджаке Ильи.

— Хоть сотню, пухляш, — Рома запустил руку в разрез на боку платья и вжал пальцы мне в бедро.

— Я не буду просить, лучше покажу, — медленно распахнула пиджак Ильи и с самым невинным видом ощупала пояс брюк.

Ремня не было, видимо, смокинг не предполагает этого аксессуара, потому что шлевок я тоже не нашла. Зато обнаружила застёжки, которые переходили в эластичные резинки и тянулись к плечам.

Илья безразлично смотрел на то, как снимаю с него пиджак. Рома не наглел, гладил неторопливо и изучающе. Мы все будто ждали чего-то, какого-то сигнала извне, чтобы вмиг потерять голову.

Я заработала головокружение, когда пиджак покинул плечи. А мужчинам, между прочим, идут подтяжки. Широкие чёрные лямки контрастировали с белой рубашкой и визуально делали грудь и плечи мощнее. Облизнулась. Расстегнула пуговку на брюках, отстегнула подтяжки, впилась в Илью глазами и осела на колени. Нащупала позади Ромку и вытянула его вперёд.

Его раздевала чуть быстрее, сказывалось нетерпение. Оба молчали, смотрели на меня: один с плохо сдерживаем нетерпением, другой с холодной рассудительностью, как профессор на экзамене.

Молнии на ширинках я опустила одновременно, с тихим стоном накрыла ладонью пару притягательных выпуклостей и запустила обе руки в трусы.

Рома шумно выдохнул. Облизала его от основания до головки, перехватила рукой и повернулась к члену Ильи. Пальчиками ублажала Ромку, а языком водила по жилкам на другом органе. Вобрала в рот наполовину.

Илья, наконец, оттаял, собрал мои волосы в кулак и толкнулся бёдрами несколько раз. Я стала интенсивнее ласкать Рому, потом переключилась на него губами.

— Моя ты девочка, — простонал он, придавил мою макушку ладонью и тоже задвигался.

Я переключалась с одного на другого и становилась всё смелее, впускала их глубже, подстраивала ритм руки под движения головы. Обоих крепко держала в ладонях, и это дико заводило меня саму. Ловить их дуреющие взгляды, слышать приглушённые стоны, метаться от одного к другому. Я мычала, когда они отбирали инициативу и принимались жадно вбиваться мне в рот.

— Я сейчас кончу, Сонь, — предупредил Рома, и я охотно расслабила язык, чтобы принять его полностью, но он сомкнул пальцы на моей шее и потянул вверх.