Онлайн книга «После развода. Вот она любовь, окаянная»
|
Отказаться от развода? Отказаться нельзя, в любом случае бы развели. Всё остальное — глупость несусветная. И самая большая глупость не слабительное, как раз подсыпать, а предложить сохранить брак. Да, я любила его, любила и.. сейчас еще люблю, потому что больно в груди, нестерпимо больно. Но заставлять его жить со мной, зная, что он любит другую... Даже если у него там не любовь, а так, просто потрахушки… Нет. Я слишком себя уважаю для этого. Я не смогла. Не смогла сказать ему — давай попробуем просто это пережить. Может, твоя внезапная любовь к этой малолетке пройдёт и всё у нас снова будет хорошо. Не смогла. Потому что я не терпила. А еще, потому что я понимала — Никита на это не пойдёт. Никита сам сразу предложил развод. Сразу показал мне, что настроен серьёзно. Что там у него новая жизнь, новые чувства, что для него это важно. А я... наша история, наша любовь…закончена. Мне осталось это принять. И я приняла. Да, мне больно было. И сейчас больно. Да, мне казалось, что моя жизнь разрушена. Но я живу! Я не умерла. Я не сломана. Я двигаюсь дальше. И я буду жить. А он... с этойЙ его якобы наивной овцой Гелей... Пусть тоже живут. Как хотят. Только вот не за мой счёт. — Мама! Ты так и будешь молчать? — Полина... — Что, Полина? Что Полина, мам? Я уже двадцать лет Полина! Ты понимаешь, что надо что-то делать? — Что? — Я не знаю, мам! Не знаю! — дочь на пределе, срывается, орёт. — Нельзя это так оставлять. Нельзя просто сидеть и делать вид, что ничего не происходит! Нельзя! Полина выходит из себя. Я её понимаю. Но повышать на себя голос всё-таки не позволю. — Что ты на меня-то кричишь? Иди на отца покричи! На подружайку свою! Это ты её к нам в дом привела. — Что? То есть... это я виновата, мам? ты хочешь сказать, что я... — Я ничего не хочу сказать. — Нет, ты сказала! Уже сказала! Ну, спасибо, мам. — На здоровье. -Нет я ей помочь хочу, а она… — Помочь? Чем помочь? Ты пришла ко мне на работу, орёшь так, что все клиенты всё слышат. Зачем? Смысл в этом какой? Твой отец уже меня предал, уже ушёл. Всё! То, что его девка беременна — это всё был вопрос времени. — А если это не папин ребёнок? — В смысле? — смотрю на дочь, не понимая она серьёзно или просто ищет выход из ситуации? — мам, я не верю, что это ребёнок папы, вот и всё. — что, у тебя есть повод? — сердце сжимается. Неужели у Никиткиного Ангела двойное дно? Нет, не то, чтобы я удивилась. Меня всегда бесили тихони. С детства. Не даром же говорят — в тихом омуте? Во-о-от! И мне всегда казалось, что самые тихие на самом деле совсем не так просты, только чуть копни поглубже — там такое! Нам, не тихим, мало не покажется. — мам, я не знаю насчёт повода. Ну, у неё же были отношения до папы, был парень, она, правда, говорила, что до секса там не дошло. Но я ей не особо верю. И потом, может она типа невинность хранила, чтобы показать себя такой чистенькой, а потом, когда папа... Ну, в общем… Глаза закатываю. Никогда не думала, что буду с дочерью обсуждать такие вещи. Интимную жизнь её кобелирующего папаши. — мам, мы должны вывести эту суку на чистую воду, понимаешь? — Зачем? — В смысле, мам? — Это проблемы твоего отца, если ребёнок не его… — То есть как — проблемы отца? Я, между прочим, с нагулёнышем наследство делить не собираюсь. |