Книга Отвоюю её у друга, страница 79 – Евгения Чащина

— Да, берем. Однозначно. Я не хочу, чтобы вы поубивали друг друга. И я тоже хочу предупредить тебя, что мы расстались на стремной ноте, и я не знаю, чего ожидать и что там может прозвучать. Но я не хочу об этом сейчас. Раз зашел разговор о детях, то я хочу, чтоб ты знал, что я хочу усыновить Таира. Мы обязательно расскажем ему об Але и о том, что она замечательная девушка, но в плане всей бумажной волокиты оформления в сады и школы... Я нервная, я и всечь могу, если мне опять начнут затирать, что я не мать своему пирожочку.

— Ты хочешь усыновить моего сына?

Я удивлен, хотя  предполагал подобное. Она срослась с младшим и это просто удивительно. Он сын другой женщины, но для этой девчонки он словно родной.

Нервно сглатываю и благодарно смотрю ей в глаза.

— Спасибо. У него будет лучшая вторая родная мама.

— Это наш сын, любовь моя. У меня не было выбора в ту ночь в роддоме. Он лежал красный, новорожденный, и мне принесли бутылочку смеси и дали его покормить его, и всё.

— И я везде неадекватный и стремный. Но знаешь, стыдно за свое поведение, потому что не думал, что буду так мерзок сам себе за все, что с ней сделал. Где-то недопонял, не прочувствовал. И она никогда ни о чем лишнем не говорила. Мужикам проще, у них не так болит. Но болит. По своему, более мерзко. И когда-то ты бросила слова типа, что у тебя не было шанса быть в говно, нужно было собраться и жить дальше. Женщины сильнее. Это факт. Я преклоняю пред вами колени.

— Знаешь, что всегда было моей силой? - Стася двигается ко мне поближе, склоняется к моим губам. - Ты. Ты научил меня быть сильной. И твои сыночки продолжили твое дело…

— А говорила, что не к нему уходишь, - слышу с порога обращение Вартана к Стасе, я ещё не успел ввалиться в дом с Гуром.

— Я и не уходила к нему, - слышу голос своей девочки. - Он сам ко мне пришёл, когда мы с тобой все друг другу сказали.

— И? Ты теперь с ним? Тебе пофиг, что он тебя не помнит?

— С кем я теперь, не должно тебя волновать.

— Почему ты меня игнорировала эти две недели? Я скучал.

— Я не скучала, - отрезает холодно Стася.

— Ты с ним спишь?

Я хотел было ворваться, но не стал, да и Гура придержал, пусть ее муж наконец-то из ее губ услышит, что браку конец.

— Я выхожу за него замуж. Надеюсь, ты тоже женишься на Любе. Ты сам объяснял мне в своё время, что дети не должны расти без отца. Особенно родные.

— Блять. Ну что ты за женщина, а?

— Что я за женщина? - повторяет его фразу.

— Из-за которой я слетел с катушек. Мне же тебя всегда мало было. Ты же все для меня.

Я начинаю закипать, но Гур прикладывает палец к своим губам и даёт понять, что вот не стоит.

— Не начинай, пожалуйста. Твоя двойня должна быть всем для тебя. Не я. Не гневи судьбу и цени то, что имеешь, родной.

— Я тебя услышал. Прости. Да вы правы. У меня теперь есть для кого жить. И этот дом вновь оживёт, хотя без вас он будет  совсем другим. И ещё. Не позволяй ему тебя обижать.

— Всё теперь будет по-другому, - соглашается с ним Стася. - Но это и к лучшему. Ты замечательный отец, Вселенная сделала тебе комплимент сразу двумя детишками. Береги Любу. Она хорошая девочка и смотрела на тебя щенячьими глазёнками с первого дня. Уверена, она станет замечательной мамой. И за меня не волнуйся. Илья меня не обидит. Правда, Илья?