Книга Отвоюю её у друга, страница 39 – Евгения Чащина

Я разрыдалась на его груди. Он сжал меня в объятиях так сильно, что у меня перехватило дыхание.

— Мне утром позвонит педиатр и скажет, что мы можем сделать для ребёнка. Вы же должны взять в руки Илью и организовать похороны.

— Я не силен в организации подобных мероприятий, ты же знаешь. Стась, ты должна держаться, у тебя самая трезвая голова из нас троих.

Я киваю. И организация похорон ложится на мои плечи. Мы с Вартаном едем в похоронное агентство. Выбираем платье, туфли, гроб, цветы. Вартан постоянно прижимает меня к себе. Он не говорит, но я чувствую, что он рад, что ему не пришлось организовать подобное мероприятие мне.

Илья никакой. Я его почти не вижу и не трогаю. С ним пытаются справляться Гур и Вартан. На мои плечи легло всё остальное.

А мой сын лег на плечи Тамары Петровны и Любы, и они справлялись отлично.

Мне перезвонила педиатр и разрешила посещать Таира. Я щедро платила медсёстрам за личное кураторство парню. И когда пять дней спустя я приехала к мальчику, меня огорошили новостями: отец забрал мальчика и уехал.

Я вернулась домой ошарашенная.

Вартан с сыном встретили меня на пороге.

— Их выписали. Он забрал ребёнка, - ошарашенно говорю Вартану.

— В смысле? Он говорил, что сообщит нам, сам не сможет, - взвился нервно муж и начал искать глазами телефон, - черт, трубку не берет, что делать?!

— А что мы можем сделать, родной? Это его ребёнок, - говорю ему и голос срывается в хрип.

— А как он сам? Я просто не соображаю. Няньчить это одно. Принес жене, выманил из майки покушать и сын доволен.  А это смесь, питание. Ты веришь в то, что Илья просто так сможет малого покормить? - Вартан знает всю эту кухню с  изнанки, дело говорит.

— Нет. Я не верю даже в то, что он смесь разведёт. Ещё до того, как я от него забеременела, я понимала, что это не тот человек, который будет кормить ребёнка, мыть ему попу или вставать к кроватке. Поэтому у меня сердце сжимается от мысли о том, что он делает там один с ребёнком. Но может мы ошибаемся?

— Единственное, что мне приходит на ум: он хорошо всё взвесил, проконсультировался с педиатром. И возможно их возьмут под патронаж семейный врач. И да, я согласен, Илья вряд ли самостоятельно что-то сделает, он сам  открыто говорил мне это.

Муж опять набирает номер, но никто не отвечает. Вартан нервничает. Набирает сообщение: если ты сейчас не откликнешься, я на ноги всех ребят подыму. Ответ не заставил себя ждать: Он спит, я выключил звук. Прости, брат, всё в норме. До связи.

— Ты это видела? Он видимо все-таки взял себя в руки. Это к лучшему, - как-то вдохновлено выдохнул муж.

Вартан

— Сомневаюсь, - скептически отвечает Стася. И я не прислушиваюсь. А зря.

В час ночи нас будит охрана. Сообщает, что у нашего дома такси.

Сонная, уставшая после секса, кутается в халат и спешит следом за мной.

И вид, открывшийся нам, не утешает. Перед нами стоит таксист в панике с орущим ребёнком. А в машине лежит тело.

— Тебе старший, мне младший, - прохладно бросает жена, забирая из рук таксиста младенца и стремительно убегая в дом.

И это был пиздец… то, что я увидел. Но я его не осуждал. Горе убивает, если не сразу, то постепенно. Разрушает  так быстро, если не найти спасение. Мое спасение сейчас унесло ребенка, крик которого я слышу до сих пор. Не смог. И я его не виню. Сам бы не смог без посторонней помощи. А он, наивный, думал, что хватит сил. Нет, это так кажется, что легко без женщин, когда у тебя руки не связаны. За счет теплоты, ласки и душевного понимания мы сильные. Они движут нами так, как сами того хотят, но мы стараемся им это не афишировать.