Книга Испорчу тебя, девочка, страница 62 – Арина Вильде

— Бабуль, не нужно столько, — смущаюсь я. Такое ощущение, что у нас сватанье, а не простое знакомство.

— Как не нужно? — возмущается она. — Гость дорогой пришел!

Назар снова смеется:

— От ваших пирожков, конечно, не откажусь.

Бабушка просто тает от его обаяния и убегает на кухню за салатом.

Папа одобрительно кивает, наблюдая за этой сценой. Вижу в его глазах, что Назар ему нравится — вежливый, воспитанный, уважительно относится к старшим.

От этого мне становится немного легче. По крайней мере, одной проблемой меньше — папа настроен дружелюбно.

Но в животе все равно крутится тугой узел. Потому что самый сложный разговор еще впереди. Я вообще не представляю себя в роли матери, до сих пор не осознала насколько все серьезно и так и не придумала, что сказать Назару. Дети ни в его, ни в мои планы в близжайшем будущем не входили. Да и какие вообще дети? Мы в месте меньше полугода!

— Извините, я поставлю цветы в вазу, — говорю я, убегая на кухню.

Достаю из шкафа высокую вазу, наливаю воду, ставлю розы. Руки дрожат. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и возвращаюсь в гостиную.

Бабушка уже вовсю начала допрос:

— Так вы откуда родом, Назар? Кто ваши родители? Чем занимаетесь?

— Бабушка! — стону я, садясь рядом с Назаром.

Все смеются. Назар невозмутимо отвечает:

— Сейчас я веду свое дело. Родители помогли на старте.

— О, как хорошо! Молодой человек с головой на плечах, — одобрительно кивает бабушка. — А женаты не были?

— Мама! — возмущается папа. — Дай человеку хоть поесть спокойно.

— Что? Я просто интересуюсь! — защищается бабушка.

Назар улыбается:

— Не был женат. Ждал, пока встречу ту единственную.

При этих словах он смотрит на меня, и я краснею как помидор.

Знакомство проходит лучше, чем я ожидала. Назар легко находит общий язык с папой — они обсуждают спорт, машины, даже политику. Бабушка то и дело подкладывает ему еду, восхищенно причитая, какой он воспитанный.

Но несмотря на это, я не могу расслабиться. Внутри все сжато в тугой комок. Я ем, улыбаюсь, поддерживаю разговор, но мысли совсем о другом.

Назар замечает. Он несколько раз бросает на меня изучающие взгляды, хмурится.

— Владимир Николаевич, — говорит он наконец, — Рая обещала показать мне свои детские фотографии.

— Конечно, конечно! — машет рукой папа. — Идите, молодежь.

Мы встаем из-за стола и идем в мою комнату. Как только я закрываю дверь, Назар разворачивается ко мне.

Он нависает надо мной, руки упираются в стену по обе стороны от моей головы. Его губы так близко. Я скучала. Очень. Безумно скучала все это время!

— Знакомство прошло отлично, правда?

Его взгляд пронзительный. Я чувствую, как внутри все сжимается еще сильнее. Надо сказать. Прямо сейчас.

— Да, отлично, — шепчу. — Папа явно на твоей стороне и в случае чего не будет слушать бредни Вити.

Назар медленно скользит губами по моей щеке, ниже — к шее. Его дыхание горячее, движения мягкие, но в то же время настойчивые, жадные. Его рука скользит мне под свитер, и по коже пробегает дрожь.

Я рефлекторно отталкиваю его грудь ладонями:

— Подожди… — мой голос хриплый, будто мне трудно дышать.

Он прищуривается, чуть отстраняется, но пальцами мягко берет меня за подбородок, поднимая голову так, чтобы я посмотрела ему прямо в глаза.

— Что случилось? — голос низкий, серьезный. — Ты выглядишь испуганной.