Книга Мой кавказский друг мужа, страница 85 – Юлианна Шиллер

Я знаю все об этом виде растянутой во времени жестокости. Знаю о болезненном удовольствии от власти и наблюдении за жертвой при полном контроле над ситуацией.

— И ты позволил?

— У меня не оставалось выбора! — взрывается он, роняя на пол тяжелую деталь интерьера со звонким грохотом. — Я не мог связать его и запереть в подвале! Ковалёв не принимает советов и только отдает приказы, поэтому я лишь сглаживал углы и удерживал его от полного безумия. Моя тактика давала плоды! В последние дни он даже начал разговаривать с ней по-человечески, перестав срываться на крик, и я наивно поверил в успешный исход.

Закрываю глаза, пытаясь собрать разлетающиеся мысли в подобие системы. Никогда не теряющий контроль Руслан Асланов сейчас балансирует на грани срыва, и подобное поведение внушает страх. Одновременно я чувствую мрачную радость от осознания своей не одинокости в этом безумии.

— Когда она пропала?

— Она вышла с корпоратива сегодня вечером, выключила телефон и просто испарилась, а её настоящий адрес нам неизвестен. Сергей знал лишь указанный в резюме адрес.

Открываю глаза и всматриваюсь в бесконечные списки данных, выхватывая лица незнакомых людей в объективах городских камер.

— Мне нужно время.

— У нас нет времени!

— Тогда заткнись и дай мне работать!

В динамике шуршат лишь ровные статические помехи. Прямо сейчас мне плевать на субординацию, осторожность и все правила наших отношений, пока пальцы быстро стучат по клавиатуре под воздействием кипящего в венах адреналина.

Надеюсь, он не разнесёт гостиничный номер от злости. Хотя я точно знаю обратное, ведь Руслан Асланов в стрессе напоминает стихийное бедствие в дорогом костюме.

— Ника... — его тон внезапно смягчается, выдавая тщательно скрываемый от мира всепоглощающий страх за меня. — Ты в порядке?

— Нет, — отвечаю честно, не переставая печатать. — Я не спала тридцать часов, страдаю от дрожи в руках и чувствую ненависть собственного истощенного организма. Подобные мелочи не имеют значения, поскольку только я могу найти Алину до полного уничтожения города Сергеем или до появления Воронова. Так что молчи, пей свой кофе и жди моего звонка.

Отключаю микрофон одним резким движением и погружаюсь в работу.

Разворачиваю карту Владивостока, распутывая многослойный лабиринт из уличных камер и цифровых архивов. Городская система наблюдения оставалась моей главной целью последнюю неделю. Я атаковала её со всех сторон, искала бреши, пробивала виртуальные барьеры и обходила защиту, постоянно натыкаясь на глухую стену.

Но сегодня картина изменилась.

Смотрю на мигающий курсор в командной строке. Написанная мной программа, запущенная перед жалкими тремя часами забытья, наконец отработала и подобрала нужный ключ к городской сети. Я внутри.

— Есть, — шепчу, растягивая потрескавшиеся губы в торжествующей улыбке. — Попалась.

Быстро стучу по клавишам, вызывая схему города с тысячами мерцающих зелёных точек. Каждая из них заменяет мне глаза и уши, дотягиваясь до самых тёмных углов портовых улиц.

Самый опасный из знакомых мне людей ждет моей команды за тысячи километров отсюда. Мой ручной монстр. Осознание собственной власти пугает и возбуждает одновременно, смешиваясь с мрачным чувством превосходства, ведь я управляю им на расстоянии.