Книга Мой кавказский друг мужа, страница 35 – Юлианна Шиллер

От него исходит запах дорогого табака, озона после грозы и власти. Этот аромат обещает защиту и одновременно кричит об опасности. Я в объятиях монстра, и мысль об этом вызывает системный сбой.

— Я тебя держу, — повторяет он тихо, почти в самую макушку. — Дыши, Ника. Просто дыши.

Делаю рваный, судорожный вдох, и пока обжигающий лёгкие воздух вытесняет остатки паники, поднимаю голову, с молчаливым облегчением утопая в его тёмных глазах, где нет ни капли унизительной жалости, а лишь густое беспокойство, смешанное с прорывающейся сквозь него глубинной, почти болезненной нежностью, которую он, кажется, сам не до конца осознаёт.

— Мне нужно забрать вещи, — мой голос хриплый и чужой.

— Я пришлю людей, — тут же отзывается он, стирая большим пальцем влажный след с моей щеки. — Они соберут всё, что скажешь.

— Нет, — качаю головой, отстраняясь ровно настолько, чтобы снова почувствовать под ногами пол. — Спасибо, но я не хочу, чтобы твои громилы лапали мои трусики с котиками. Я сама. Мне нужно… самой закрыть эту дверь.

Секундное удивление в его глазах сменяется изгибом губ в подобии улыбки. Он чуть склоняет голову, принимая моё решение без споров.

— Хорошо. Поедем вместе. Сейчас.

Через час мы паркуемся у моего, теперь уже бывшего, дома. Его рука лежит на рычаге переключения передач, всего в нескольких сантиметрах от моего бедра. Случайное соседство ощущается как клеймо. Я не отодвигаюсь.

Оглушающая тишина этой квартиры насквозь пропитана запахом лжи, превращая каждую вещь в пошлую декорацию дурного спектакля: и рамка с нашими улыбками на комоде, и его тапочки у кровати, и моя собственная кружка с надписью «In code we trust», которая теперь кажется злой насмешкой.

— С чего начнём зачистку? — голос Руслана вырывает меня из ступора. Он стоит у входа, чужеродный элемент в архитектуре моего прошлого.

— Только моё, — отвечаю глухо.

Иду в спальню, достаю дорожные сумки. Руслан следует за мной тенью. Я начинаю методично сбрасывать одежду из шкафа. Он наблюдает молча, но когда я с отвращением комкаю шёлковый топ, который надевала для Артёма, он подходит и забирает его у меня из рук.

— Вещи не виноваты, Ника, — его голос обволакивает.

— Я знаю! — шиплю. — Просто… ненавижу всё это! Ненавижу эту кровать, на которой он спал после того, как трахался с другими. Ненавижу себя за то, что не видела!

Подхожу к туалетному столику и одним резким движением сбрасываю всё на пол. Флаконы, баночки, пудреницы с грохотом разлетаются по паркету.

— Эй, тише, — он снова рядом, ловит мои руки. — Ты не виновата. Слышишь?

— Я проявила глупость! — кричу ему в лицо. — Я способна вскрыть любую систему, но не разглядела зияющую дыру в собственном браке!

— Потому что ты искала не уязвимость, а опору, — говорит он, глядя прямо в глаза. — Ты была одна. Он предложил тебе иллюзию дома. Любой бы на твоём месте вцепился в неё.

Чёртов манипулятор, он всегда прав. Он видит меня насквозь.

— Просто помоги мне, — шепчу, сдаваясь.

И Руслан помогает. Аккуратно складывает мои книги, с деловитой нежностью упаковывает рабочую станцию. Когда последняя сумка застёгнута, я делаю обход и оставляю на кухонном столе своё кольцо.

— Всё, — говорю. — Я готова.

Мы едем через ночную Москву. Руслан сворачивает в подземный паркинг какого-то другого элитного ЖК.