Книга Клеймо мажора, страница 102 – Любовь Попова, Елена Гром

Парни над чем-то ржут, обсуждают последние пары, преподов, шутят насчет экзаменов. Я же копаюсь в своих мыслях, в коротких моментах, которые помню между мной и Любой. Больше там, конечно, желчи, издевательств и подколов, но ведь было и хорошее. Должна же она помнить что-то хорошее?!

Мы садимся за стол провожать старый год, чисто по-русски. Я немного рассказываю о немецких традициях, Андрей об итальянских, а Паша о французских. Леха же в силу своего всезнайства добавляет совершенно ненужные детали, доставляя всем дискомфорт. Особенно Любе.

Она серьезно планирует с ним переспать? Интересно, во время секса он тоже будет отпускать нелепые комментарии, вроде того, что вот во многих странах не принято брить лобок? У Любы гладко выбрит. Это я узнал совсем недавно, слушая вечерний разговор ее с Асей. Короткая ремарка, что восковые полоски — это адово больно, но раз уж решила, то отступать нельзя.

Мне было похуй, как у нее там, когда отлизывал. Дело ведь не в растительности, а во вкусе. Сладкое, сочное манго, что буквально тает во рту.

— Данте, милый, ты задумался, — толкает меня Оля.

— Наверное, думает, как еще заработать денег на бедных пользователях гугл пэя,

Все смеются, а Римма вставляет.

— Тебе надо создать приложение по луку.

— Как нарезать?

— Да нет же, дурачок. Вот смотри, загружает девушка свою фотографию в нижнем белье, а приложение автоматически подбирает ей лук по товарам из маркетплейса. Люба, ты же как-то предлагала.

— Да, но мне кажется, это сложно.

— Для кого сложно? — поворачиваюсь к ней. – На это нужно время и, пожалуй, специалист по стилю.

— Лучший специалист — это Люба. Блин, у нее такие образы… И это при том, что даже не самые дорогие.

— Парня просто нормального надо, да? — не могу не вставить я, ошпаривая улыбкой Леху. Тот ржет, а Люба поджимает губы.

Не проходит и получаса, как она застает меня у туалета и припирает к стенке.

— Тебе чего от Леши надо? Завидуешь, что он меня раздевает, а не ты?

Серьезно? Она пытается меня убедить, что они трахались?

— У меня ж Оля есть. Но я за тебя переживаю. Что он может тебе дать?

— Он меня никогда не унизит, никогда не подставит, никогда не…

— Как бы нимб не треснул.

— Да иди ты! Я знала, что не стоило приезжать. Ты же не можешь быть нормальным! Тебе обязательно нужно ставить себя выше других.

— Выше Леши, это точно. У тебя амбиции, тебя ждет успех, а он как клещ просто нашел к кому присосаться,

— Так говоришь, словно я собираюсь за него замуж.

— Нет? Тогда зачем ты с ним?

— А я, как ты, — внезапно усмехается она. – Не могу быть одна. Как ты там говорил про меня? Мне нужно, чтобы кто-то меня восхвалял. Вот Леша отлично справляется с этой задачей.

Она отворачивается, а я не могу не сказать.

— Хочешь, сочиню поэму твоим сиськам?

Люба хохочет, но не поворачивается.

Стискиваю челюсти, втягивая носом воздух, который нагретым облачком висит после ее ухода. Почти не дышал, пока она стояла так близко, пока смотрела в глаза и выговаривала. Как училка прямо.

«Проси прощения!» — громкий голос в голове.

За весь вечер Люба так и не притронулась к алкоголю. Даже когда били куранты, а я представлял, как сметаю со стола еду и трахаю ее под офигевшие взгляды, она не притронулась к шампанскому. Но зато в последний момент удара взглянула на меня, словно знала, о чем я думаю.