Книга Ещё ближе, страница 40 – Элена Макнамара

Громов обходит машину и садится за руль. Я выпаливаю:

— А моя сумка?! Она же осталась на вокзале!

— Там есть что-то важное? – незаинтересованно спрашивает босс.

— Вообще-то, вся моя одежда и обувь! И личные вещи!

Громов молча заводит мотор и просто уезжает от здания вокзала.

Судорожно вцепившись в ремень, оборачиваюсь… Не знаю, что намерена сделать… Возможно, выпрыгнуть на ходу.

— Даже не думай! – Громов блокирует двери. – У тебя есть одежда. Я купил тебе кучу одежды. Недостаточно? Окей, купим ещё. А личные вещи – дело наживное. Ну что там? Какие-то тетрадки со слезливыми историями из юности? Дурацкий брелок, который подарил прыщавый мальчуган – твоя первая любовь?

Чёрт! Он будто бы меня знает как облупленную! От этого даже жутко.

Да, в сумке остался мой дневник, с которым я делюсь своими мыслями с тринадцати лет. Ровно с того момента, как мама снова вышла замуж. Вот, правда, никакого брелока там нет… И прыщавого парня, в которого была влюблена, тоже не было. Но в сумке остался подарок от лучшей подруги. Её кулон. Она подарила мне его в день побега. И это самая дорогая для меня вещь.

— Мне нужна моя сумка!.. – практически задыхаюсь от навалившегося опустошения. – Прямо сейчас!.. Я хочу забрать свои вещи…

Громов останавливается на светофоре. Нехотя тянется к телефону на приборной панели. Мазнув по экрану пальцем, ждёт, пока тот отреагирует, но этого не происходит. До Павла доходит, что телефон выключен, и он жмёт на боковую кнопку. Трогается, проезжает несколько сотен метров и вновь встаёт на светофоре. А я продолжаю нервно ёрзать, потому что мы так и не поворачиваем обратно и не едем на вокзал.

Наконец телефон врубается. Громов достаёт его из держателя и кому-то звонит. Я не слышу собеседника, который берёт трубку практически мгновенно, но прекрасно слышу просьбу босса.

— Юр, нужна помощь. На вокзале сумку забыл. С женскими вещами. Ваши там ещё не находили?

Собеседник что-то отвечает, а Павел ухмыляется. Правда, глаза у него всё ещё злые. Особенно, когда смотрит на меня.

Но ведь это я должна злиться, чёрт возьми! Это он унизил меня своими отвратительными предложениями и обвинениями!

— Ладно, прости, – бросает Громов собеседнику. – Хорошо хоть, сапёров не вызвали… Постараюсь больше не доставлять таких хлопот.

Вновь что-то говорит неведомый Юра, видимо, спрашивает, что делать с моим багажом. Павел отвечает:

— Подержи пока у себя, на днях заберу.

Благодарит своего знакомого, прощается и отключается. Засунув телефон обратно в держатель, обеими руками берётся за руль. Стискивает его до белизны в костяшках и прибавляет газу.

— Мой багаж… – снова начинаю я.

Да, я хочу вернуть его немедленно!

— Соня, помолчи! – отрезает Громов. – Сейчас я очень злой! А когда я злюсь, возбуждаюсь не на шутку! Походу… Вообще-то, обычно я особо не злюсь, и мой стояк в таких обстоятельствах – для меня прям открытие.

Он недобро усмехается. А у меня уже уши горят от его бесстыдной откровенности.

— Короче, закрой рот! Я сейчас реально могу что-нибудь тебе сделать. Не знаю… Силой тебя поцеловать, например. Но это в лучшем случае. А что будет в худшем, сама можешь догадаться… Должен же я хоть что-то от тебя получить!

Затыкаюсь. Перевожу ничего не видящий взгляд за окно. Угроза босса звучит достаточно правдоподобно. И он вновь выглядит как одержимый… мной.