Книга Измена. Если муж кинозвезда, страница 5 – Алёна Невская

Выныриваю и делаю пару сильных гребков руками к берегу, но внезапно очень сильная боль сковывает мою ногу так, что я от шока притопаю и хлебаю воды.

Начинаю кашлять и, взглянув, как далеко нахожусь от берега, остро начинаю ощущать панику от того, что боль не прекращается и не дает мне двигаться. Ухожу под воду, выныриваю, жадно хватая ртом воздух, и не могу ничего сделать, даже позвать на помощь Лешку.

Страх сковывает дыхание и все больше нагоняет на меня неуправляемую панику.

В отчаянии барахтаюсь, тратя силы на лишние движения, и снова ухожу под воду. Неимоверными усилиями заставляю себя всплыть, чтобы вдохнуть хотя бы один глоток воздуха, и снова скрываюсь под водой.

Находясь в круговороте своего ужаса, я даже не слышу, как Алексей прыгает в реку, как подплывает ко мне и, поймав мой обезумевший от страха взгляд, спокойно говорит:

— Держись!

В порыве спасительной надежды обхватываю руками его за шею и притапливаю нас двоих. Когда мы выныриваем, он кричит:

— Успокойся! Держи меня за плечи.

Его слова наконец доходят до моего испуганного сознания, и я, выполнив его распоряжение, позволяю себя перемещать по воде в сторону берега.

Мы плывем примерно минут десять, и потом, когда Алексей наконец нащупывает дно ногами, то бережно берет меня на руки и выносит из воды. Сделав пару шагов, он обессиленно кладет меня на песок и падает рядом.

Минуту мы лежим, пытаясь восстановить дыхание и ощутить, что опасность миновала.

Закрываю глаза, и неожиданно осознаю, что я реально несколько минут назад могла утонуть. "Как бы Анечка осталась без меня?" — оглушает вопрос, но его прогоняют руки, проворно заскользившие по моему телу и в одну секунду стянувшие верх купальника и накрывшие ладонями мои груди.

В ужасе распахиваю глаза, отталкиваю Лешку и приподнимаюсь, но он уже нависает надо мной и смотрит одержимым горячим взглядом так, что меня накрывает новая волна страха.

— Не трогай меня…

Пытаюсь снова оттолкнуть его, но он мужчина, а я слабая женщина, тем более обессиленная недавним сражением за жизнь.

— Настя, ты…

Алексей по-прежнему держит меня в капкане, нависая надо мной и прожигая меня взглядом, от которого я холодею, и тяжело дышит.

— Пожалуйста, не надо, — в моем голосе явственно звучит отчаяние.

Не могу больше смотреть на него. Мне страшно. Отвожу взгляд от его глаз и зависаю на том, как вода, стекая с его волос, капает на меня. Возможно, мой мозг пытается таким образом дать мне возможность отвлечь себя от сковывающего страха и найти выход, но мне явно это не помогает, я безумно испугана его неадекватными действиями.

Секунды превращаются в минуты, и я с замиранием сердца жду, что будет дальше.

Алексей начинает дышать ровнее, а потом высвобождает меня из капкана своих рук, сев рядом.

— Прости, не устоял, — спокойно бросает он, как будто говорит о чем-то обычном.

Поспешно возвращаю купальник на место и, поднявшись, мямлю:

— Я думала, ты…. У тебя ведь…

Несмотря на мою «красноречивость», он понимает, что я хочу сказать:

— Она… так… удовлетворить потребности.

Застываю. Я никак не ожидала от него ни сексуального нападения, ни тем более откровения, что спустя пять лет брат моего мужа по-прежнему что-то испытывает ко мне.

Внезапно я остро чувствую себя виноватой.