Книга Измена. Если муж кинозвезда, страница 104 – Алёна Невская

— Насть, успокойся! Дождись Андрея, поговори с ним.

Тяжело вздохнув, соглашаюсь:

— Хорошо.

— Холодно. Пойдем пить чай.

Алина тянет меня за руку к крыльцу, крича Ане, играющей с Оскаром:

— Пойдем домой!

Мы снимаем верхнюю одежду и направляемся на кухню. Начинаю суетиться, доставая все, что есть к чаю и пытаясь занять свою голову действиями. Только это может сейчас меня отвлечь.

Алина включает телевизор, и женский эмоциональный голос врывается в нашу кухню:

— Сегодня утром вниз по руслу реки Геналдон сошел ледник. Его движение привело к возникновению селевого потока, который накрыл Кармадонское ущелье слоем камней, грязи и льда толщиной не менее трехсот метров.

Я слушаю и не слушаю ее. Этот голос помогает мне ни о чем не думать.

— Стихия полностью разрушила трехэтажный нежилой корпус санатория «Кармадон», базу отдыха Северо-Осетинского государственного университета, базу отдыха республиканского министерства юстиции, а также нанесла серьезный ущерб жителям нескольких деревень.

Алина взволнованно обращается ко мне:

— Ты знаешь, куда уехала съемочная группа Андрея?

Вздрагиваю и смотрю на нее, вспоминая.

— Куда-то во Владикавказ.

Мы обе уже внимательно начинаем слушать новости.

— Предположительно, под селевой поток попала съемочная группа фильма «***».

Чувствую, что мне начинает не хватать воздуха. Это съемочная группа Андрея.

Алина мгновенно оказывается рядом и, смотря мне в глаза, восклицает:

— Он жив! Я знаю это.

Киваю ей. И повторяю, как заклинание:

— Он жив.

Но как же страшно представить, что… Я не должна думать об этом.

Он жив!

Повинуясь внезапному порыву, вытаскиваю телефон и набираю номер Андрея, но в ответ слышу лишь любезный голос, сообщающий, что телефон выключен или находится вне зоны действия сети.

День превращается в одно сплошное мучительное ожидание. Я не могу ничего делать, только жду новости, пытаюсь найти что-нибудь в Интернете, и еще вспоминаю все те мелочи, что были у нас, что мы делили и переживали вместе. Все они, сплетенные в косу моих воспоминаний, держат меня на плаву, как буек.

Вечером мы слышим, что спасатели смогли добраться до ущелья только спустя несколько часов из-за завалов на дороге. И все! Больше никаких новостей — одно сплошное мусоленье уже известных фактов.

— Отсутствие плохих новостей — это уже хорошие новости! — подбадривает меня Алина, хотя я вижу, что она тоже держится с трудом.

Эта ночь оказывается самой жуткой в моей жизни. Я не могу спать, я хожу, как привидение, из угла в угол и молюсь. Я не знаю слов молитвы, но я умоляю Бога уберечь моего мужа, помочь ему…

Я обещаю взамен золотые горы, прекрасно понимая, что это не тот случай…

Утро начинается с информации о погибших. Сводки неутешительные, но имени Андрея не названо, и это уже радость.

Алина ночует у меня. Без нее, без ее поддержки я не знаю, как бы вообще выдержала все это. К тому же у нее получается отвлечь не понимающую, что происходит, Аню и даже найти силы поиграть с ней. Я же ничего не могу. Понимая, что я сейчас взорвусь от отчаяния, я иду на улицу, беру лопату и принимаюсь чистить снег. Я хочу умотать себя настолько, чтобы быть не в состоянии о чем-то думать.

— Настена!

Останавливаюсь. Меня называет так только Андрей. Наверное, я уже схожу с ума.