Книга Несговорчивый профессор, страница 32 – Алёна Невская

— Кажется, — выдыхает он хрипло, — Мальвина не такая уж и правильная.

Я смотрю на него, на его смутно улыбающиеся под маской губы, и отвечаю тем же тоном: — А может, она просто устала от своей сказки и хочет написать другую. Хотя бы на одну ночь.

Он снова тянется ко мне, и я встречаю его поцелуй, уже зная, что сегодня никаких правил. Только эта ночь. Только этот незнакомец. Только это сладкое, оглушающее забвение, в котором нет места профессору Богушу.

Мой телефон вибрирует на столе, нарушая идеальную тишину кабинета. Я морщусь, бросая взгляд на экран. Сергей. Старый, еще институтский друг. Я давно с ним не общался.

Он из той жизни, которая осталась далеко позади. Из времен, когда я еще не стал «Богом в квадрате».

— Привет, — слышу в трубке его веселый голос. — Занят?

— Занят, — отрезаю, не отрывая взгляда от графика на мониторе. Кривая температурной зависимости, предательский излом на отметке в 420 градусов… Это нестыковка. Нужно проверить данные, возможно, ошибка в калибровке термопары.

— Всегда ты занят! — смеется он. — Брось свои формулы. В клубе сегодня маскарад. Самый что ни на есть твой формат — все в масках, инкогнито. Можно расслабиться, не думая, что на тебя смотрят как на экспонат. Пошли.

«Нет» уже вертится на языке автоматически, как рефлекс. У меня на вечер запланирована экспертиза для РНФ — три проекта по новым композитным материалам. Я уже мысленно распределил время: час на каждый, с перерывом на кофе.

Но тут в голове возникает образ, что последнее время часто мешает сосредоточиться. Белокурые волосы в небрежном хвосте. Смущенная улыбка над чашкой чая. И тот пьяный, спросонья поцелуй, от которого до сих пор горит кожа на губах.

Королева.

Черт.

Она въелась в сознание, как вирус, нарушив все логические цепочки. Мои мысли, обычно выстроенные в четкий порядок, теперь разлетаются при одном ее упоминании. Я ловлю себя на том, что в тишине лаборатории прислушиваюсь, не раздастся ли за дверью ее звонкий, самоуверенный смех.

Это неприемлемо. Это — слабость.

— Богуш? Ты меня слышишь?

— Слышу, — выдавливаю я. Мысль созревает быстро, как кристалл в перенасыщенном растворе. Возможно, Сергей прав. Нужно расслабиться, сбросить это напряжение. Окунуться в ту самую бессмысленную, шумную пустоту, которую я презираю. Забыться в объятиях первой же миловидной дурочки, которая не будет напоминать мне о синих глазах и дерзких попытках шантажа. Чистая физиология, без всяких там «кристаллических решеток» души.

— Ладно, — говорю я, и сам удивляюсь своему голосу. — Где и во сколько?

Клуб «Фьюжн» встречает нас стеной звука. Воздух густой, сладковато-прогорклый, пропахший парфюмом, потом и алкоголем. Мой мозг, настроенный на тишину библиотек и монотонное гудение оборудования, протестует, пытаясь анализировать этот хаос. Автоматически пытаюсь вычленить закономерности в мелькании света, в ритме музыки — и терплю поражение. Здесь царит контролируемый беспорядок, и это раздражает.

— Без масок нельзя, — кричит Сергей мне в ухо, тыча пальцем в плакат у входа. На нем изображены два силуэта в карнавальных масках. — Фишка такая! Интрига, анонимность, все дела!

— Бред какой-то, — цежу я сквозь зубы, чувствуя, как начинает болеть голова от шума.

— Ну подожди, расслабься! — он хлопает меня по плечу и тащит к стойке, где девушка с кошачьей маской на лице раздает реквизит.