Книга Его одержимость, страница 91 – Эмилия Грин

— Что? – широко, почти безумно улыбаясь, - Что мне сделать, чтобы ты оставил моего отца в покое?!

Повисла страшная пауза. Гремучая смесь надежды и безнадеги.

— Я тебе уже как-то говорил, - очень тихо и ровно произнес мой Белиал, - Желание даже загадал. Вер, роди мне ребенка?

Я вздрогнула от оглушающего звона битого стекла, не сразу сообразив, что опрокинула свою чашку с нетронутым эспрессо, и она разбилась одновременно с моим доверчивым девичьим сердечком.

Глава 48

Пока я потрясенно обдумывала его слова, подоспевшая официантка быстро замела осколки.

— Ты шутишь? – едва слышно, почти шепотом, метнув взгляд к его непроницаемому лицу.

— Не шучу, Вер. Впервые в жизни понял, что хочу своего ребенка.

Своего ребенка.

— Своего? – сжимая ручку сумки до побелевших костяшек, рассеянно переспросила я.

Белиал кивнул.

— Женя мне не родной, – он неопределенно пожал плечами. – Сейчас уже нет смысла это скрывать. Тем более, сегодня ночью я открыл ему правду.

— Почему же столько ждал? – едва слышный вопрос сорвался с моих пересохших губ: я продолжала пребывать в шоковом состоянии, пытаясь проанализировать услышанное.

— Полагаю, ты обратила внимание на некоторые особенности его характера, – этот демон хмыкнул. – Если бы Женя был в курсе готовящейся операции, сомневаюсь, что у нас бы хоть что-то выгорело.

Он вынужден был прерваться на подошедшую официантку – заказав себе американо, мой «супружник» негромко продолжил.

— Но речь не об этом, – взгляд цепкий, глубокий, – я понял, что не готов тебя отпустить, – Белиал смотрел на меня с таким первозданным обожанием, что мое слабое сердце, сжавшись, болезненно ухнуло.

Я слушала и не верила. Не верила, что он говорит серьезно…

Я же любила эту тварь, в рот ему заглядывала, не желая замечать очевидное. Те самые «звоночки». Оправдывала каждый его странный поступок, пойдя против воли своего отца.

Я не могу вас благословить…

А папа чувствовал. Он все чувствовал.

Я не поверила. Отмахнулась.

— И что ты предлагаешь? Сделать вид, что этих кошмарных суток не было, сойтись и завести ребеночка? Так, да? – я звонко хлопнула в ладоши. – Стесняюсь спросить, а мой отец в этом «восхитительном» уравнении будет находиться где? Наблюдать за нашей «распрекрасной» жизнью сквозь прутья тюремной решетки? Я права? – истеричный смех – краем глаза я заметила, как на нас уже начали оборачиваться посетители.

— Ты спросила, что тебе нужно сделать, чтобы я пощадил твоего папеньку? Я сказал тебе ответ. Роди мне ребенка, Вера, – взгляд Белиала задержался на моей руке, с которой я сняла кольцо, – он поморщился.

Родить ему ребенка.

Мне стало жутко от этих слов. Мороз зазмеился по коже.

— И что дальше? – я зло хмыкнула. – Продолжай!

Добивай меня…

— Мой наследник станет гарантом свободы Артема Александровича, – Белиал улыбнулся, глядя на меня недобро. – Сегодня ночью во время праздника в честь ареста Апостолова я вдруг понял, что подобное развитие событий идеально укладывается в заданную мной парадигму.

«Тюрьма – не самое страшное, что может случиться с человеком. Существует еще множество способов увеличить его страдания…» – прочитала я в торжествующем взгляде этой твари, в очередной раз, убедившись, что имею дело с психопатом.

Мужчина, сидящий передо мной, окончательно потерял человеческий облик, одержимый возмездием. Он даже готов был втянуть во все это невинное дитя, желая лишь побольнее ударить моего папу.