Книга Мир жизни и смерти 10, страница 65 – Павел Пуничев

Удар в плечо пустым ведром и резкий окрик вырвали меня из транса, заставив сбросить наваждение. Так и не залезший на борт урод зло сощурился, ударив мне в голову щупальцам.

Не достал совсем немного, костяные крючья свистнули в паре миллиметров от моего носа.

В ответ я сорвал с плеч шерстяной плед, накидывая его на голову головоногого, чтобы окончательно прервать контакт с притягательным взглядом, а когда он начал срывать его другими щупальцами, прибил к голове ледяным гарпуном.

Такой себе выбор заклинания против водных существ. Впрочем, сработало неплохо, не только пробив мягкий череп насквозь, выйдя на три метра наружу, но и сбросило урода обратно в море.

— Плед верни, козлина, — я поёжился от холодного порыва ветра, с жалостью глядя на добротный кусок шерстяной ткани, уплывающий всё дальше, по ходу того, как мы продвигались вперёд и тут же завопил, привлекая всеобщее внимание:

— Нападение! Атас! Полундра!

Истратив на этот вопль весь свой лексикон, как мне думается, морских терминов, я врубил огнемёт с обоих рук, продвигаясь вдоль борта и поливая пламенем поднимающихся по бортам осьминогов.

От их ползущих вверх тел почти не было видно бортов. Некоторые из них уже поднялись наверх и теперь гипнотизировали членов экипажа, которые застыли под этим взором, словно мышь под взглядом удава. Я не стал грубить, как это сделала Лапочка, швыряя в меня ведром, а аккуратно, продолжая поливать противника потоками огня, с ноги ударил в грудь ближайшего матроса, отшвыривая его в сторону и прерывая зрительный контакт с противником, параллельно с этим строча в чат:

Броневой Общий чат

— Нападение! Всем на палубу, в глаза противнику не смотреть, гипнотизируют суки! Берегите экипаж, их мало.

Пнул ещё раз, спасая ещё одного бедолагу и просто поджаривая уже почти влезшего на палубу осьминога. С каждым тактом сила огня увеличивалась, тем более ко мне вернулись бонусы, даваемые отдохнувшим посохом. Хватит ли этого, чтобы уберечь корабль — вопрос. Я вижу уже троих бедолаг, которых вороги нежно обняли многочисленными щупальцами, впиваясь в их плоть острыми крючьями и начали ползти назад, пытаясь утащить за борт.

Ближайший из них, взорвался потоками чёрной крови, хлынувший сразу из десятков глубоких разрезов и лишившись большей части своих щупалец, рухнул за борт.

Освобождённый моряк грохнулся словно куль на палубу и над ним тут же склонилась Флора, поливая потоками исцеляющей магии, а Резак, на миг вывалившись из инвиза, пропал снова и о его продвижении можно было проследить только по разлетающимся на куски противникам. Продолжая поливать огнём не прекращающийся поток поднимающихся существ, я позволил себе оглянуться, чтобы отследить обстановку, а она была не очень. Врага мы пока сдерживали: Лапа вместе со своей Багирой успешно отражали нападение на носу, судя по взрывающимся телам, Резак перебрался на корму, Странник, ориентируясь по отражению в своём щите, сносил вылезающие из-за борта головы по другому борту, я справлялся на своём. Флора и Снегирь расположились в центре, помогая страждущим и добивая подранков. Экипаж тоже не бездействовал, старпом застыл недвижимым изваянием, только время от времени взмахивая своей двухметровой саблей, защищая стоящего у штурвала капитана. Действовал тот чётко и выверенно, как автомат, чего нельзя сказать об остальных: те в основном метались, как куры с отрубленными головами, тыкая противника баграми и рубя абордажными топорами, но по большей части стоя столбами, под взглядом мутировавших осьминогов. Стоило вынести их, и моряки вновь оживали, чтобы ещё через несколько мгновений опять застыть под гипнотизирующим взором. Несмотря на это, обстановка пока выглядела вполне контролируемой, а вот то, что творилось у нас прямо по курсу мне вообще не нравилось.