Книга Мир жизни и смерти 10, страница 100 – Павел Пуничев

Я пошевелил обломки ногой, поднял пригоршню блестящих осколков, сплюнул на пыльные камни. Сейчас минутку отдохну и будем возвращаться. Хорошо хоть тут есть нормальная дорога, не придётся карабкаться вверх по отвесным скалам.

Из мрачных мыслей меня вывел испуганный вскрик Флоры. Обернулся, уставившись на быстро надувающегося духа. Точно, Лапа, блин, она всё-таки сегодня нас добьёт. Ну и ладно, хотя бы не придётся возвращаться через весь остров пешком.

Однако в этот раз дух-шалун, раздулся максимум до размеров не крупного слона, стал бледно-розовым, а затем резко сдулся, посылая немощный импульс вглубь острова, а затем резко сдулся до совсем крошечных размеров, примерно с обычную собаку. Если бы клеть была цела, она идеально подошла бы под этот размер, вот только даже осторожная попытка приподнять её, привела к тому, что она развалилась на несколько частей, да и логи показали, что они уже не восстанавливаемы. Со смертью нам тоже не повезло, в этот раз волна была совсем хилой, на раскалённые камни вылилось не больше пары литров, которые с шипением испарились и на этом всё закончилось.

Твою ж мать… Надо что-то писать Лапочке. Не зная, как начать описывать такое фиаско, я включил её стрим, чтобы посмотреть, что там сейчас делается.

Потом перенесся на поляну у подножия вулкана, глядя на окружающее: все пятеро жрецов там лежали в отключке, будто от передоза. Лапочка элегантно поднялась с камня, стряхнула с ног ослабшие оковы, счастливо потянулась, блаженно погладив грудь, осмотрела поваленные тела:

— Эх, могу ещё, не растеряла пока навыки. Жаль маловато, надо будет догнаться вечерком.

Осмотрелась вокруг, стащила со жреца высокую шапку:

— Симпатичная, девочкам из кордебалета понравится. Парнишки, пор фавор, я, пожалуй, возьму это на память, — она подцепила оба ритуальных жезла, убирая их в инвентарь, — все равно они вам больше не понадобятся.

Я, глядя как она нагибается за жезлами и уже начав набирать ей текст, стер его, набирая новый.

Броневой Лапочке

— Ваше грудейшество, вы как всегда неотразимы, как насчет того, чтобы выполнить задание со звездочкой?

Лапочка Броневому

— Ты же знаешь, я всегда за… А ты о чём?

Прочитав мои объяснения, Лапочка озадачено оглянулась вокруг, осматривая неподвижные тела жрецов у своих ног.

— Эх-х, слабаки… Ладно, — провела кончиком язычка по ритуальному жезлу, к которому так и продолжал крепиться единственный жгут, идущий от духа острова, — ох уж эти современные мужики, всё время бедной девушке приходится всё доделывать самой…

Я ещё несколько секунд посмотрел, как она ложиться на камень, одним движением закидывая ножки за голову и отключился от стрима.

Вернувшись в свою реальность, где солнце село ещё ниже, перестав освещать даже самую верхнюю кромку кратера, погружая всё в глубокий сумрак, приобнял прикорнувшую у меня на груди девушку.

— Фло, не спи, твой выход скоро.

— Что? Уходим?

— Нет, не в том смысле, если у Лапочки получится, а я уверен, что получится, придёт твоё время захомутать этого игривого духа.

— А как? — Девушка растерянно осмотрела обломки клети у наших ног.

— Тут такое дело, — я задумчиво почесал щетину, — в легенде говорится, что настоящую клеть создал не сам шаман, а его сын, когда они находились в мире духов. О её судьбе ничего не сказано, но я надеюсь, что её поставили у ног белокурой девушки, в главном святилище на этом острове.