Книга Курс 1. Декабрь, страница 90 – Гарри Фокс

Комната Кати Волковой была… уютной. Совсем не такой, как я представлял. Никакой стерильной чистоты, никаких выстроенных в шеренги книг. Тёплый свет от магического светильника, на подоконнике — пара горшков с живыми цветами, на стене — несколько репродукций старых мастеров. Пахло травами и чем-то сладковатым — то ли чаем, то ли выпечкой. Чисто, аккуратно, но по-домашнему.

Сама Катя стояла у стола в тёплом спортивном костюме — мягкие штаны и свободная толстовка с забавным принтом. Волосы распущены, без грамма косметики на лице. Она выглядела… другой. Не той ледяной статуей, к которой я привык. Живой.

— Роберт, ты пришёл, — сказала она, и в её голосе послышалось что-то похожее на радость.

— Да, — я улыбнулся, стараясь скрыть неловкость. — Извини, что побеспокоил в такое время.

— Всё хорошо. — Катя махнула рукой. — Идём. Я подготовила всё.

Я прошёл к столу, заваленному конспектами, учебниками и разлинованными листами с формулами. Катя указала на стул, и я послушно сел. Она положила передо мной стопку аккуратно напечатанных листов.

— Всего пятьдесят три вопроса, — сказала она. — Ознакомься. Я пока чай сделаю.

— Ага. Всего-то… — буркнул я, глядя на эту стопку с ужасом.

Катя скрылась на маленькой кухоньке, отгороженной ширмой. Звякнула посуда, зашумел чайник. А я уставился на первый вопрос.

Какая формула Элиштайна является ошибочной при построении магического абсурталата? Объясните: почему? Приведите примеры, когда она будет работать с вероятностью в сто процентов. Объясните: почему она используется до сих пор и не заменяется на более практичные формулы?

Я прочитал это раз. Потом ещё раз. Потом ещё.

Абсурталата? Элиштайн? Что это за хуйня⁈

— Чай будешь с сахаром? — донеслось из-за ширмы.

— А? — я моргнул, выныривая из ступора. — Да. Два куска.

В голове крутился только мат. Длинный, заковыристый, с повторами. Как я вообще должен это учить? Я даже слова запомнить не могу, не то что формулы.

Катя вышла с двумя кружками, поставила одну передо мной, вторую взяла себе и села рядом. Заглянула в лист.

— А, это, — кивнула она. — Сложный вопрос. Давай начнём с основ. Формула Элиштайна на самом деле не ошибочная, она просто неполная. Её используют потому, что в восьмидесяти процентах случаев она работает быстрее полной версии. А абсурталат — это…

Я слушал и чувствовал, как мозг потихоньку плавится. Но рядом была Катя, которая объясняла спокойно, терпеливо, и от этого становилось чуточку легче.

Ночь предстояла долгая.

Спустя пять часов.

Я метался по комнате, как тигр в клетке, размахивая руками и чуть не сбивая горшки с цветами на подоконнике. Катя сидела за столом, уставившись на меня круглыми глазами, и, кажется, забыла, как дышать.

— Нет, ты только представь! — я ткнул пальцем в её конспекты, разложенные на столе. — Если Фальсонская праба стоит на стежках Энгельбаурской функции, то мы в корне не сможем призвать элементаля первых порядков! Об этом говорит сам философ Портукнис! Да, его считали безумцем, и мы шагнули далеко вперёд. Но в этом и вся абсурдность! Мы шагнули вперёд в магической науке, но приходим к такому же выводу, что и говорили философы тех лет!

Катя моргнула. Потом ещё раз. Рот приоткрылся, но ни звука не вырвалось.

— Не проще ли нам использовать только базис? — продолжал я, расхаживая. — А дальше, в зависимости от структуры призыва и, само собой разумеется, существа или элемента, мы уже выстраиваем новую призму, новую руну и печать! Тогда наши шансы повышаются в разы! И мы избегаем возможности покалечить мага во время призыва!