Книга Танец против цепей, страница 40 – Алиша Михайлова, Алёна Орион

Они мчались по шоссе, разрезая солнечный день. Город остался позади, лишь размытое пятно в зеркале заднего вида, тающее в мареве летнего зноя. Ольга, обняв Андрея за талию, не пыталась поймать растрепанные ветром волосы, которые хлестали ее по лицу. Поток теплого воздуха вырывал из легких смех… Правила, приличия, вечный страх ошибиться, все это осталось там, в душных стенах ее прежней жизни, а она летела навстречу горизонту, где небо было бездонным и синим, где можно было, наконец, просто дышать полной грудью. Солнце припекало плечи, а сердце билось в такт реву мотора — громко, дерзко, впервые за долгие годы.

Пшеничные поля мелькали за обочиной, сливаясь в золотистое море, а над головой плыли пушистые облака, такие близкие, казалось, можно дотянуться рукой. Ольга закрыла глаза, подставив лицо солнцу, и впервые за долгое время не думала ни о чем, просто чувствовала: тепло на коже, сильные мышцы спины Андрея под руками, головокружительную скорость и ветер, который уносил прочь все тревоги, словно одуванчиковый пух.

Когда вдали, за полем, замигали яркие огни посадочных полос маленького аэродрома, она все поняла без лишних слов. Сердце не то чтобы упало — оно взмыло вверх, предвкушая тот прыжок, что уже совершила ее душа, сидя на мотоцикле.

— Ты серьезно? — крикнула она ему в ухо, чувствуя, как смесь животного ужаса и пьянящего восторга сводит живот в тугой узел.

— А то! — он обернулся, и его глаза сияли азартом, — Прыжок с парашютом. Что, струсила?

— Да я с пятого этажа в лифте боюсь ездить! — честно выкрикнула она, и это признание было не отказом, а странным проявлением доверия.

— Отлично! — рассмеялся Андрей, заглушая рев мотора, — Значит, адреналина хватит на год вперед!

Ольга отрицательно замотала головой, ее пальцы вцепились в грубую ткань его куртки.

— Андрей, я не смогу... У меня даже на колесе обозрения голова кружится…

— Слушай, — его пальцы коснулись ее подбородка, и это простое прикосновение заставило мир сузиться до размеров его ладони. Он мягко, но настойчиво повернул ее лицо к себе, заставляя встретиться взглядами. В его глазах, обычно таких озорных, теперь плясали серьезные искры, и в них она увидела свое отражение: маленькое, испуганное, но уже готовое к чуду, — Там, наверху, все твои страхи останутся внизу. Как те высотки, что мы проехали. Договорились?

Его рука медленно скользнула по ее руке, от плеча до локтя, и это движение было больше, чем просто прикосновение, это был безмолвный вопрос, обещание и приглашение одновременно.

— Я не знаю..., — её голос дрогнул, едва не оборвавшись, но взгляд по-прежнему был прикован к нему.

— Знаешь, — Андрей приблизился так близко, что она почувствовала его дыхание на своих губах. Его палец медленно скользнул по ее щеке, вытирая слезу, которую она сама не заметила, — В тебе есть эта искра, — его взгляд стал глубже, проникновенней, — Я видел, как она вспыхивает, когда ты смеешься. Видел, как она борется, когда тебе страшно. Ты сильнее, чем думаешь. Намного сильнее.

Мужская рука нашла ее дрожащую ладонь и сомкнулась вокруг нее, не просто держа, а сплетая пальцы в надежный замок.

— Ничего не бойся, когда я рядом, — он поднес их сплетенные руки к своей груди, и она почувствовала ровный, уверенный стук его сердца, — Мы прыгнем вместе. Ты будешь прикреплена ко мне на каждом сантиметре падения. Тебе нужно только... довериться.