Книга Танец против цепей, страница 3 – Алиша Михайлова, Алёна Орион

Мужская рука оказалась на девичьей шее, слегка сжалась, после чего плавно переместилась на плечо, настойчиво разворачивая Ольгу к Михаилу.

— Ты сегодня бледная, — сказал он, пристально вглядываясь в ее лицо, — Неужели опять плохо спала?

— Немного, — она замерла, опустив веки и ненавидя себя за то, что наслаждается мимолетной заботой.

— Ты слишком чувствительна, — он ласково погладил ее по щеке, — Женщина должна быть крепче. Тем более если она… — он сделал паузу, словно размышляя, продолжать ли откровения, — собирается быть матерью.

Ольга вздрогнула, на щеках вспыхнул болезненный румянец. Перед глазами возникли бесконечные визиты к врачу, которого ей подобрал Михаил. Те холодные диагнозы, что звучали приговором: «У вас нет шансов». Ей не хотелось в это верить, но безуспешные попытки завести ребенка, лишь подтверждали диагноз. И теперь каждое слово мужа напоминало ей о том, что она — пустая оболочка.

— Миша, ну зачем ты… — начала она и осеклась.

— Да, да, — перебил Михаил, досадливо цокнул языком, — У нас проблемы. Твои проблемы. Но ты ведь знаешь, милая, я принимаю тебя любой, — эти слова он произнес тихо, почти ласково, словно пытаясь загипнотизировать.

На некоторое время на кухне воцарилась звенящая тишина, а потом ее нарушил тихий всхлип. В тот момент Ольге казалось, что ее душа умирает по частям, оставляя внутри лишь глубокое опустошение.

“Разве я виновата в том, что не могу иметь детей?” — хотелось громко кричать, срывая голос до хрипоты, чтобы задохнуться от нехватки воздуха, чтобы не чувствовать своего никчемного существования, чтобы не мучиться в собственном чувстве вины, ведь голос мужа прочно засел у нее в голове, беспрерывно нашептывая лишь одно:

Виновата! Виновата! Виновата!

Из дома они вышли вместе. У подъезда Михаил открыл перед женой дверь машины, сделав приглашающий жест рукой. Соседи, проходившие мимо, улыбались, видя перед собой образец счастливой семьи.

Дорога до работы прошла в тягостном молчании. Михаил слушал новости, внимательно следя за дорогой, Ольга неотрывно смотрела в окно, наблюдая, как мимо проносятся улицы. Каждый был погружен в свои мысли.

У офиса Михаил вышел из машины вместе с ней:

— Хорошего дня, любимая, — легкий поцелуй коснулся щеки.

Хлопнула дверь и вскоре черная иномарка скрылась за поворотом, а Ольга так и осталась стоять у входа в офис, ощущая на своей щеке холод прощального поцелуя.

Весенний ветер трепал её волосы, выбившиеся из аккуратного пучка пряди касались щек, но она не обращала на это внимание. На улице было шумно, мимо проходили коллеги и посетители. Старый дворник подметал тротуар, шурша метлой. Вокруг царила жизнь: яркая, шумная, беспокойная. Секунды бежали, а Ольга все стояла на месте. В глубине ее души была тишина и холод одиночества, словно она стояла на краю обрыва, где никто не слышит ее голос и не видит ее страданий.

День тянулся нескончаемой чередой дел. Она машинально печатала письма, отвечала на звонки, но мысли постоянно возвращались к утреннему разговору. Кофе, рубашка мужа, угол проклятой рамки, каждое его слово — оно резало ее словно раскаленный нож.

— Оля, как же тебе повезло с Михаилом! — восхищенно пролепетала Наташка, которая частенько донимала Ольгу разговорами во время работы, — Он такой…, такой…! — не унималась коллега, — Всегда рядом, всегда такой ухоженный!