Книга Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения, страница 97 – Ари Дале

Но смогу ли я когда-нибудь простить Мишу? Смогу пережить гибель нашего малыша?

— Мама, — детский голосок врывается в смутные мысли.

Распахиваю веки, переключаю внимание на Дину. Малышка так широко улыбается, что я тоже невольно усмехаюсь. Она вертится в руках у Миши, машет ручкой, указывая на «маленьких» лошадок, повизгивает и едва не подпрыгивает. Как у мужа получается ее удержать, понятия не имею. А стоит нам подойти к барьеру, где расположились два коричневых пони. Дина тут же тянется к ним, Миша отпускает мою руку, аккуратно наклоняет малышку, чтобы та могла прикоснуться к лошадке. Дина тут же затихает, кажется, даже задерживает дыхание и проводит ладошкой по голове пони.

Муж держит нашу девочку крепко… очень крепко. Невольно представляю на ее месте другого ребенка... мальчика.

Сердце пропускает удар, слезы собираются в глазах.

— Почему ты не мог быть верным? — шепчу, не зная, услышит меня муж или нет.

Миша застывает. Но всего на секунду — ему быстро приходится отмереть из-за непоседы на руках. Она еще сильнее тянется к маленькой лошадке, явно, пытаясь обнять ту за шею.

— Я был идиотом, — чеканит муж.

Пони подходит ближе к Дине, словно чувствует, что малышка очень сильно хочет познакомиться.

— Знаешь, сколько раз я задавал себе этот вопрос? — продолжает Миша, сажая Дину на лошадку, которая будто специально становится боком. — Я прокручивал в голове принятые решения тысячи раз. Пытался найти ответ на вопрос: «Почему?». И пришел лишь к одному выводу: власть вскружила мне голову. Я забыл то, что на самом деле важно. За что и поплатился, — муж не смотрит на меня, но печаль отчетливо слышна в его голосе.

Миша держит Дину крепко, словно девочка — самое большое сокровище на свете. Я совсем не переживаю, ведь знаю, что стоит лошадке взбрыкнуть, муж тут же подхватит малышку.

Но пока пони стоит спокойно, Миша позволяет Дине исследовать его ладошками.

— Мне жаль, Люда, — муж оглядывается через плечо. — Жаль, что ты перенесла столько горя из-за меня. Я никогда не смогу искупить вину перед тобой и… перед нашим сыном.

Впервые за долгое время вижу, как эмоции отражаются на обычно бесстрастном лице мужа. Страдание, печаль, боль, вина — и это только то, что мне удается рассмотреть, пока взор не размывается. Слезы скапливаются в уголках глаз. Горло перехватывает. Дышать становится невероятно трудно.

Хочется сказать мужу, чтобы он остановился, прекратил открывать мне свою душу. Гораздо проще думать, что Миша — монстр. Винить его во всем… и намного сложнее, осознавать, что он сам себя винит гораздо сильнее, чем это делаю я.

— Не думай, что я тебя не любил… любил… люблю, — Миша приподнимает Дину, когда к нам подходит второй пони, пересаживает любопытную девочку на него. — Ты была единственным светом в моей жизни. Когда я возвращался домой и видел твою улыбку, все проблемы разом исчезали. Видимо, я заигрался в «вершителя судеб» на работе и забыл, что у моих действий могут быть последствия.

Дина, видимо, даже несмотря на интересующий ее животных, считывает напряжение, которое царит вокруг нас, поэтому начинает хныкать. Миша тут же снова берет ее на руки, прижимает к себе, гладит по головке, успокаивая.

— Знаю, что виноват. И буду вечно корить себя за гибель нашего сына, — муж вздыхает, поворачивается ко мне, опирается бедрами о забор. — В любом случае, больше некого винить в произошедшем. Поверь, я это прекрасно понимаю, — грустно усмехается. — Очень хочу попросить у тебя прощения, но не буду, — ненадолго замолкает, а у меня внутри все стягивается в тугой узел. — Я не заслуживаю прощения, — вздыхает. — Просто ты должна знать, что я сделаю все возможное, чтобы снова увидеть счастье в твоих глазах и улыбку на твоем лице.