Книга Контракт для нефтяника, страница 59 – Ари Дале

— И как давно ты работаешь на Михаила? — выплевывает.

Желудок ухает вниз. Имя моего так названного “брата” заставляет кожу покрыться холодным потом.

— Я на него не работаю, — выдавливаю слова сквозь перехватившее горло.

Пытаюсь вдохнуть полной грудью, но легкие словно сжались до размера горошины. Все, что могу делать — мелко дышать. Этого недостаточно. Едва ощутимые вдохи не доставляют в кровь достаточно кислорода, из-за чего начинает кружиться голова и темнеет перед глазами. А возможно, это просто реакция на стресс. Я буквально чувствую вес давящего взгляда босса на себе. Именно так он смотрел на меня, когда ставил ультиматум “либо контакт, либо увольнение”. Я и забыла, каким он может быть жестоким.

— А это тогда что? — Саша тыкает телефон мне в нос.

Перевожу взгляд на экран. Глаза режет от яркого света, но мне не нужно детально рассматривать фотографию. Даже размытые силуэты возвращают меня во вчерашний день, когда мы с мамой “любезно” пили чай с Михаилом.

— Фотография, — говорю самое очевидное. — Откуда она у тебя?

— Как разница?! — Саша повышает голос, но тут же возвращает себе самообладание. — Отвечай на вопрос! — приказывает, опускает руку, с силой сжимая телефон.

Обычно такой тон вызывает у меня внутри бурю противоречий, но сейчас я лишь вцепляюсь пальцами в юбку. Сминаю, но глаз от Саши не отвожу.

— Михаил навещал маму в больнице, — решаю, что правда — лучшая стратегия.

Брови Саши ползут вверх.

— Вы знакомы? — звучит совсем не как вопрос.

— Нет! — выпаливаю. — Точнее, я его не знала, пока мы не встретились на балу.

— Тогда, как он узнал, что твоя мама в больнице? — Саша хмурится.

— Я не знаю, — облизываю губы. — Его отец и моя мама были знакомы, — отвожу взгляд в сторону. Не знаю, продолжать или нет. Страшно даже представить, какой будет реакция Саши, когда он узнает правду, которую я еще сама не осознала.

— И… — подталкивает он.

Снова смотрю на него. Видя лицо, которое стало родным, понимаю, что не смогу лгать.

— Михаил говорит, что я его сестра, — произношу едва слышно, сильнее сминаю платье.

Я никогда не видела босса удивленным. Шокированным, тем более. И вот тот самый момент, когда удалось пробить “властную” маску, но я не чувствую радости. Тело немеет. Кровь приливает к ногам. Сердце пропускает удар за ударом. Задерживаю дыхание. Жду вердикта.

Саша озвучивает его почти сразу:

— Ты такая же дрянь, как все остальные, — говорит безапелляционно и отталкивается от стены.

Сжимаюсь, но Саша не подходит ко мне. Он просто разворачивается. Делает шаг к коридору, но останавливается.

— И да, ты уволена, — произносит, не оборачиваясь. — Сделай так, чтобы я больше тебя не видел. Никогда! — жестко добавляет, после чего уходит.

Оставляет меня одну.

Навсегда.

Родная комната. Родные стены. Родная кровать.

Но почему же все кажется чужим?

Яркий свет пробивается сквозь незашторенное окно. Бьет в глаза, режет. Но я не пытаюсь их закрыть. Просто лежу и смотрю в белый потолок. Как всю эту ночь. И предыдущую. И еще одну перед ней.

Три дня, целых три дня, я не чувствую ничего.

Лежу на кровати в черно-белой пижаме в клеточку. Иногда встаю, чтобы попить воды, сходить в туалет, насильно протолкнуть в себя немного еды. Урывки сна, в которые мне удается погрузиться, не дают достаточно сил. Поэтому стараюсь не проводить на ногах больше времени, чем необходимо. Возвращаюсь в кровать, снова утыкаясь взглядом в потолок.