Книга Развод. Измена на свадьбе, страница 45 – Ари Дале

— Зачем тебе? — щурится.

Сильнее стискиваю бедрами руки — так и знала, что мне придется объясняться.

— Можешь, мне просто дать контакты, ничего не спрашивая? — с надеждой смотрю на него, хотя в глубине души понимаю, что она напрасная.

— Нет, — грубо отрезает он. — Выкладывай.

Черт. Тяжело вздыхаю. Я совсем не хочу обсуждать с ним свою личную жизнь, но, похоже, избежать этого не получится. Я слишком хорошо знаю Антона, он просто так от меня не отстанет.

— Мне нужен юрист, чтобы проконсультироваться по поводу подписанного мною брачного контракта, — выпалила на одном дыхании.

Секундная задержка…

— Какого хрена?! — Антон вмиг подрывается с места, упирается ладонями в стол, тем самым со скипом сдвигая его ко мне. Отшатываюсь, но от грозного мужского взгляда так просто не скрыться. — Когда ты успела замуж выйти? — рычит он, а меня сердце уходит в пятки.

— Какая разница? — спрашиваю севшим голосом, наблюдая за “горой” нависшей над столиком.

— Когда? — цедит Антон сквозь стиснутые челюсти и бросает взгляд на мои руки, лежащие на коленях.

Моментально жалею, что не сняла кольцо. Нужно это было сделать сразу после инцидента на свадьбе.

— Пару дней назад, — специально говорю расплывчато. — А что? — хмурюсь.

Колючие мурашки пробегают по спине из-за испытывающего мужского взгляда, сверлящего мое лицо. Но я стараюсь на него никак не реагировать, даже учитывая, что у меня желудок сводит от страха.

— Ваш заказ, — раздается бодрое рядом.

Мы с Антоном одновременно поворачиваем головы. У столика стоит пожилая тучная женщина в белой поварской форме с черным передником и наполненным подносом в руках. Седые волосы работницы кафе спрятаны под черной сеткой. А на лице растянута настолько широкая улыбка, будто напряженная атмосфера совсем не влияет на женщину.

Сладкий аромат ванилина тут же бьет в нос, и мой желудок отзывается гулким урчанием. Антон тут же переводит на него взгляд, тяжело вздыхает и плюхается обратно в кресло, которое со скрипом сдвигается немного назад.

Женщина ничего не говорит о том, что мужчина мог вполне повредить пол. Просто расставляет перед нами по две тарелки с огромной стопкой блинчиков, раскладывает по две пары замотанных в салфетки приборов и в середину стола помещает по две белые пузатые чашки. От какао все еще идет пар, настолько он горячий. Женщина желает нам приятного аппетита и удивительно резво, чуть ли не вприпрыжку уходит, скрываясь за барной стойкой.

Мы с Антоном снова остаемся единственными людьми в зале кафе. Совсем не хочется смотреть на мужчину, поэтому я прожигаю взглядом румяные, пропитанные маслом блинчики. Рот тут же наполняется спиной, а желудок снова напоминает о себе урчанием, что неудивительно, ведь я ела в последний раз утром.

— Ешь, — грохочет Антон.

Краем глаза замечаю, как он разворачивает свои приборы.

Блинчики выглядят очень аппетитно, но я к ним даже не притрагиваюсь. Мысль о совершенной мною ошибке, под названием “приезд не к тому человеку”, никак не хочет меня покидать. Уже собираюсь встать, как Антон рычит:

— Ешь!

Вздрагиваю, поднимаю на мужчину взгляд.

— Спасибо, но…

— Маша, — он вперивается в меня немигающим взглядом. — Я сказал, ешь!

На лице Антона появляется знакомое упрямое выражение, и я сразу понимаю, он не отступит. Ругая себя невесть каким словами, сглатываю ком в горле и тоже беру приборы. Говорил же мне дедушка больше никогда не связываться с Антоном. Нужно было его слушать. Кто-кто, а дедушка знал мужчину передо мной, как облупленного, все-таки был его командиром.