Книга Закрывая двери, страница 72 – Ари Дале, Жанна Никитина

— Ты не хочешь надрать мне задницу? — коварно ухмыляюсь, подначивая ее.

Работает. Глаза Милы сужаются, а она напрягается.

— Колени, — напоминаю жестко, девушка моментально слушается. — Молодец, — заношу руки перед собой и сгибаю колени. — Итак, по ногам, тоже есть «прямой» — это удар в живот стопой, — показываю, аккуратно толкаю Милу. Она отшатывается, но сразу же становится в стойку. Я подхожу. — Это лоу-кик, — едва касаюсь ногой чуть ниже колена, — мидл-кик, — легко ударяю по бедру, — хай-кик, — поднимаю ногу к голове, но даже близко не подношу, чтобы случайно не дотронуться до Милы. — Последний хоть и эффективный, но используется редко. Чтобы так ударить, нужно хорошая растяжка. Вдобавок его очень легко перехватить. Поняла?

Мила кивает.

— Тогда пробуй! — снова подначиваю, видя сосредоточенность девушке. Боже, как она сексуальна!

Мила оценивает ситуацию. Подходит чуть ближе. Не так, как нужно передвигаться на ринге, но этому я научу ее позже, а потом бьет лоу-кик. На автомате приподнимаю ногу в сторону, сгибая в колене. Кость ударяется о кость. Вскрик боли срывается с уст девушки, а у меня все сжимается в груди. Блядь! Как я мог забыть защиту для ног? Шагаю к Миле, чтобы проверить, в порядке ли ее нога. В этот же момент ее лицо меняется. Гнев застилает глаза, и она бьет прямой удар ногой. Но я слишком близко. Вместо живота Мила попадает… между ног.

Невыносимая боль пронзает тело. Хватаюсь за член. Падаю на колени. Хочу сделать вдох, но не могу. Воздух застревает в груди, пока агония волнами прокатывается по телу.

Мила подбегает ко мне, опускается рядом, заносит руку, но не касается меня.

— Прости, — ее голос полон сожаления. — Прости, — глаза наполняются слезами. — Я не хотела, — всхлипывает.

Закрываю глаза, готовясь. Делаю вдох. Нервные окончания пронзает боль. Выдыхаю. Проходит несколько мгновений, становится чуть легче. Начинаю дышать, с каждым вдохом боль ослабевает.

— Ты как? Что мне сделать? — до меня доносится дрожащий голос Милы. — Есть тут холодильник. Нужен лед. А может, врача?

Мила пытается подняться на ноги, но я хватаю ее за руку.

— Не надо врача, — хриплю, делая еще один глубокий вдох. Собираюсь с силами. Сажусь. Все еще чувствую жжение в паху, но ничего. На ринге всякое случается.

Мила выглядит так, будто вот-вот расплачется. Притягиваю ее к себе. Прижимаю к груди и крепко обнимаю.

— Все хорошо, — шепчу Миле в волосы.

Она какое-то время остается напряженной, а потом расслабляется, обнимает меня в ответ.

— Прости. Прости, — бормочет мне в грудь, ее голос искажается из-за подступающих слез.

Нет. Так дело не пойдет. Отрываю Милу от себя, обхватываю ладонями ее голову и мягко произношу:

— Все хорошо. Ничего страшного не произошло, — улыбаюсь, надеясь, что это хоть немного притупит чувство вины девушки.

Ее взгляд бегает по моему лицу, прежде чем она выдыхает.

— Очень больно? — Мила выглядит очень виноватой. — Я могу что-то сделать?

Идея вспыхивает в голове. Даже не пытаюсь ее сдержать:

— Пожалей его!

— Что? — глаза Милы распахиваются.

— Что слышала, — коварно ухмыляюсь.

Дискомфорт в паху все еще ощутим, но минимальный по сравнению с желанием прикоснуться к Миле, провести кончиками пальцев по ее нежной коже, почувствовать хрупкое тело под собой… на себе.