Книга Открывая двери, страница 51 – Ари Дале, Жанна Никитина

Видимо, мои истерики его достали.

Не помня себя, ставлю локти на колени, зарываюсь лицом в ладони, всхлипываю.

Правильно, кому такая истеричка нужна! Никакой нормальный мужик не выдержит. Да, мне самой от себя противно.

— Да чтоб тебя! — доносится до меня обреченный рык Антона, после чего слышу тяжелые шаги.

Напрягаюсь всем телом, когда понимаю, что он останавливается совсем рядом, чувствую затылком, как Антон пару мгновений смотрит на меня сверху вниз, после чего тяжело вздыхает и садится на корточки.

— Что опять случилось? — аккуратно отнимает мои руки от лица, пальцами за подбородок поднимает голову, заглядывает в заплаканные глаза.

Сердце пропускает удар, потому что во взгляде Антона с легкостью считывается… нежность.

— Я, кажется, люблю тебя, — бормочу.

Слезы брызгают из моих глаз.

Всхлип срывается с моих губ, потом еще один и один. Перед глазами все расплывается. Впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы она, наконец, перестала дрожать.

Антон пару секунд шокировано смотрит мне в глаза, после чего тяжело вздыхает. Я даже моргнуть не успеваю, как он встает, садится рядом и притягивает меня к себе на колени. Прижимает так крепко, что мне становится сложно дышать. Но я не сопротивляюсь. Наоборот, обнимаю его в ответ и утыкаюсь носом в твердую грудь. Родной, мускатный с древесными нотками аромат окутывает меня. Вдыхаю как можно глубже. Потрясающий запах заполняет легкие, туманит мысли, заставляет забыться. Антон еще сильнее вдавливает меня в себя, кладет подбородок мне на макушку, начинает раскачивать из стороны в сторону. Появляется ощущения, что я словно маленький ребенок, которого убаюкивает папочка, но ничего не пытаюсь с этим сделать. Наоборот, крепче обнимаю Антона. Слезы льются по щекам, пока я пальцами сминаю его пиджак.

Не понимаю, что со мной происходит. Эмоции выходят из-под контроля. И сколько бы я ни пыталась взять себя в руки, ничего не получается.

Поэтому, в итоге, я просто расслабляюсь в сильных мужских руках и позволяю себе выплакаться вдоволь.

Не знаю, сколько проходит времени, но постепенно я начинаю успокаиваться. Всхлипы становятся более редкими, а слезы высыхают. В груди распространяется пустота, но лучше она, чем буря из эмоций, которую невозможно остановить.

Антон, видимо, чувствую, что я более или менее прихожу в норму, поэтому ослабляет хватку.

Прикрываю глаза. Понимаю, что сейчас нас ждет очередной серьезный разговор. Вот только я просто не знаю, как объяснить свое поведение. Да и с чего начать, тоже понятия не имею.

Хорошо, что инициативу берет на себя Антон.

— Ты настолько сильно переживаешь за своего брата? — спрашивает аккуратно, немного отстраняясь.

Чувствую его пристальный взгляд на лице. Щеки тут же начинают пылать, а веки подрагивают. Мне ничего не остается, кроме как распахнуть их и, наконец, посмотреть на Антона.

Я боялась, что увижу на его лице осуждение или даже презрение, но замечаю только настороженность. Словно Антон боится сказать что-то лишнее, лишь бы не спровоцировать очередную истерику.

Тяжело вздыхаю, сажусь ровно, заправляю волосы на уши. С колен Антона решаю не вставать. Не хочу быть далеко от него. Антон же откидывается на спинку дивана, глаз от меня не отводит.

— Нет, не из-за него, — признаюсь. — Но… — голос немного сипит, а горло саднит, поэтому я пару раз сглатываю, прежде чем продолжить. — Он мой брат, понимаешь? Брат, — пожимаю плечами, перевожу взгляд в стену. — Каким бы непутевым он ни был, я не могу отказаться от него. Иначе, какая мы семья? — сцепляю руки перед собой, кладу их на колени, — Ты должен меня понять. У тебя такое же отношение к Стасу. Ты бы его тоже защищал, не смотря ни на что.