Онлайн книга «Я тебе больно»
|
— Возьми вон тот плед и встань здесь, — указывает Яна на самый край мансарды. — Накинь его на плечи и чуть приспусти. Сделав так, как она сказала, я встаю практически на край деревянного выступа, за которым начинается мокрый зелёный газон. — Вот так, на меня чуть голову поверни… Да… Отлично… И сейчас зафиксируем… У тебя очень живое лицо… Настоящее… Смотри как будто вдаль… Расслабь плечи… Пытаюсь сделать так, как просит Яна. На самом деле, я никогда не позировала, так что с трудом представляю, как принять естественную позу. Справиться помогает дождь. Он бьёт холодными каплями по моему плечу, я машинально ежусь и сильнее укутываюсь пледом. Небольшой порыв ветра поднимает мои волосы, я поворачиваюсь так, чтобы капли дождя не попадали на меня, и в этот момент ловлю взгляд Багримова. Он стоит у стеклянных дверей, ведущих из дома на мансарду, сунув руки в карманы брюк. Смотрит пристально. Так, что я не могу отвести взгляд. — Прекрасно… Очень красиво… Особенно глаза… — Яна что-то говорит, но я не слушаю. Всё моё внимание поглощено человеком за стеклом. Глава 45 Асти Если бы я могла читать мысли… Почему-то в этот момент мне очень хочется узнать, о чем думает Марсель Рустамович. В тот самый миг, когда его взгляд направлен на меня… — Асти, ты слышишь? — спрашивает Яна, затем оборачивается и смотрит туда, куда всё это время смотрела я. — А, Марсель! — взмахивает она рукой. — Не мог бы ты подойти? Замечательно. Яна только что обнаружила, как я пялюсь на её сына. Надеюсь, это было не настолько очевидно. И всё же я краснею. Наверное, в сотый раз за сегодня… Босс отодвигает стеклянную дверь и проходит на мансарду. — Раз уж ты здесь, — протягивает Яна, — то не мог бы нам помочь? — Как именно? — он мажет взглядом по мне, затем снова смотрит на маму. — Знаю, ты это всё не любишь, но мне бы хотелось сделать хотя бы одну парную фотографию, если ты не против, конечно, немного посодействовать матери в её выходе из творческого кризиса? Явная манипуляция. Причём, прозвучала она довольно открыто и твёрдо. Она практически поставила в вину сыну возможный отказ. Марсель Рустамович реагирует усмешкой и снова мажет взглядом по мне. Надеюсь, он откажется? — Если только одну фотографию. Не отказался. Почему он не отказался?! Лицо Яны при этом надо видеть. Оно так сильно начинает сиять, что даже пасмурная атмосфера на мансарде развеивается этим светом. — Правда?! Вот уж не ожидала, Марс. Как здорово! — Ты же только что обвинила меня в том, что я не помогаю тебе справиться с кризисом, — выгибает он бровь, мягко поддев маму. — Ну, не придумывай, — взмахивает она рукой. — Я просто попросила помочь. Встань вон туда, — довольная женщина указывает в мою сторону, но потом сама практически тащит его ко мне за плечо. Близость Багримова тут же отзывается тянущей болью внизу живота и дрожью, скользящей по позвоночнику. Теперь он знает, что тогда я перепутала их с братом… — Повернитесь друг к другу лицами… Господи, Марс, какой ты высокий! Яна отбегает в сторону и приносит какой-то ящик. — Вот, Асти, встань на него. Мне нужно хотя бы немного выровнять вас по росту… Вы сочетаетесь. Мне нравится. Сделав так, как сказала, Яна, я становлюсь на ящик, что позволяет мне быть ближе к лицу Багримова. |