Книга Фиктивно моя, страница 32 – Инна Матвеева

Но мне ведь и не надо.

Просто... Было бы новое действительно к лучшему.

Я постепенно обнажала родителям правду. Сначала дала понять, что знаю, кто стащил у меня весь безнал и по чьей наводке действовал. Заявляла я это, не скрывая свои чувства по этому поводу, прямо-таки предъявляла родителям — впервые за долгое время. Обида душила, но я умудрилась проявлять её конструктивно, аргументами говоря о ненормальности ситуации. И именно тогда, в разгар родительской вроде бы неловкости из-за ситуации, заявила, что лишилась девственности назло им.

Конечно, они были в ужасе. Требовали ответа, с кем и как. Досадовали по поводу сорвавшегося брака с тем тридцатилетним любителем девственниц. Но видели, что я впервые не принимала их претензии. Более того, я тогда сказала, что буду жить самостоятельно. И что могут хоть снова ограбить меня — я теперь по большей части пользуюсь наличкой.

В общем, кое-какое противостояние всё-таки началось. Но осторожное пока, прощупывающее почву. И родители явно не хотели перегибать. Но про будущее замужество я не спешила говорить — не хотелось пока называть Костю, окончательно делая его участником событий. Подозревала, что папа с мамой и так едва сдерживались от других моих новостей.

Решила осторожно сообщить о моём женихе именно на благотворительном вечере, который устраивало семейство Царёвых. Самые влиятельные и богатые бизнесмены страны, которые и в политике имеют связи. На их мероприятии будет немало акул покрупнее, чем мои родители. И пустить вреди них слух, что я вот-вот выйду замуж, а потом и представить им Костю... Он появится не сразу. Сначала я поговорю с кем надо и добьюсь, чтобы его пригласили. Прямо там, на том же вечере.

С Костей согласовали, конечно. Он был против того, что я тянула аж до конца недели, в то время как мы уже подали заявление. Но не настаивал ни на чём. Вроде как даже понимал, почему я так поступаю. И уважал мои чувства по любому вопросу, тем более такому деликатному. Согласился гулять неподалёку и ждать моего сигнала, когда его согласятся впустить.

И да, своеобразно объявить о нашей будущей свадьбе на вечере самых богатых, медийных и влиятельных людей, причём многие из которых сочетали в себе все три качества... Это будет почти шах и мат. Тем более, если мы пригласим их на нашу свадьбу. Фактически я имею на это право как Калинина. На вечере будет немало партнёров папы, а также людей, так или иначе связанных с моей семьёй. Знакомые знакомых... Так и всю верхушку соберём.

У родителей, конечно, свои причины взять меня на этот вечер. На этот раз хотят свести меня с сыном Царёва. Влад ближе ко мне по возрасту, чем тот тридцатилетний — ему двадцать один. И его образ жизни не назвать примерным, всё полностью наоборот. Говорят, он как-то сорвал переговоры своему отцу с некой крупной компанией, переспав и с дочерью, и с женой её владельца. И всё это в один день.

Но моим папе и маме, видимо, всё равно, что подобный жених уж точно не сделает меня счастливой. Куда важнее, что на его счету баснословные деньжища лежат. Которых даже наша семья не видела.

У меня свои планы на этого Царёва, поэтому до поры до времени я делаю вид, что внимаю наставлениям родителей. И что мои обиды уже притухают — мол, мне даже стыдно за то, что вот так девственность потеряла глупо. Усыпляю им бдительность, в общем. Ведутся — к другому от меня не успели привыкнуть.