Книга Сексуальный коп, страница 106 – Лорелин Пейдж, Сьерра Симоне

— В этом заведении были работники?

Я слегка смеюсь, когда веду ее в угол, где за витриной с обувными стельками Dr. Scholl's незаметно хранятся презервативы. Это уголок, который я часто посещал в молодости, когда жил в этом районе. И я всегда замечал, что тесты на беременность лежат рядом с презервативами, как бы предупреждая о судьбе подростка, если он не будет достаточно осторожен. Надень щит, прежде чем трахаться, и все такое.

— Я работал кассиром и курьером, — объясняю я, когда мы подходим к полке с тестами на беременность. С облегчением замечаю, что они выглядят довольно свежими, хотя на всякий случай отмечаю, что нужно проверить срок годности. — Многие клиенты Бада становились слишком старыми, чтобы забирать свои рецепты, поэтому он организовал для них службу доставки.

— Кто такой Бад?

— Аптекарь. Он открыл это заведение и до сих пор им руководит, хотя ему уже за девяносто. И смотри, я же говорил, что на коробках было написано «это»! — Я показываю на одну из новеньких коробок, на которой фиолетовыми буквами написано «На пять дней раньше срока»! Я проверяю дату на краешке коробки, чтобы убедиться, что тест все еще в порядке, а затем передаю его Лив. — Давай возьмем ключ от туалета, а потом я пойду расплачусь, пока ты будешь делать тест.

Ее глаза расширяются, и она оглядывает магазин.

— Отнесешь это сюда?

— Да, — отвечаю я и понимаю, что улыбаюсь, как ребенок, но ничего не могу с собой поделать. — Я не хочу ждать ни минуты, чтобы узнать. А ты?

— Это просто... — Она оглядывается по сторонам, и я понимаю, что она пытается найти конкретную причину для отказа. Пытается создать реальное препятствие из абстрактного чувства страха и неуверенности.

Я ей этого не позволю. Не только потому, что мне не терпится узнать, беременна она или нет, но и потому, что у нее так давно не было никого, кто мог бы вывести ее из зоны комфорта, что, по-моему, она там застряла. Придумывает причины не доверять волнению или счастью, придумывает причины полагать, что все хорошее не может принадлежать ей. Что она этого не заслуживает.

И хотя я называю ее своей женщиной, моей Лив, моей библиотекаршей, я знаю, что на самом деле она не моя, как бы мне этого ни хотелось. Но, возможно, это то, что я могу ей дать, что могу для нее сделать. Показать ей, что надеяться — это нормально. Быть взволнованной — это нормально. Что это более чем нормально, это необходимо и хорошо, и это лучшая часть жизни.

Поэтому я не позволяю ей перебивать себя никакими оправданиями. Беру ее за руку и веду в маленький туалет рядом с кассой. Затем захожу за прилавок, в аптеку.

— Привет?

Из-за угла выходит сам Бад, а за ним еще одна немецкая овчарка. Под его щетинистыми седыми усами расплывается улыбка.

— Чейз Келли! — радостно восклицает он и заключает меня в объятия. Его лысая голова доходит мне только до ключицы. — Негодник. Что ты здесь делаешь?

Я обнимаю его в ответ, а затем отстраняюсь, чтобы бросить притворно-печальный взгляд на Ливию, которая сжимает коробочку с тестом на беременность и выглядит подавленной.

— Ну, приятель, кажется, моя женщина забеременела.

Бад вздыхает.

— Я знал, что рано или поздно это произойдет. А ты такой молодой!

Он бросает на меня очень разочарованный взгляд.

— Мне уже тридцать три, — напоминаю я ему.