Книга Сосед на Камри, страница 9 – Agna Werner

Оу, какой у него приятный низкий голос, в прошлый раз толком не расслышала от страха.

— Не хочу, — незнакомка ведет себя почти как героиня дорамы, также кривляется. Как же бесит.

Парень отстраняет ее и разворачивает:

— Даша, надо, — опустив руки на плечи, ведет к пассажирскому сиденью.

— Только потому, что ты попросил, солнышко.

Они уезжают, я же неподвижно стою, прибитая неутешительной правдой к полу. Солнышко, он ее солнышко. А я… А я дуреха, сама придумала, сама влюбилась Да кому вообще может понравиться такая простушка. Эта Даша очередная идеальная девушка с обложки, именно такие встречаются с парнями, как он. Было глупо и наивно полагать, что у него нет никого. Потому и не попробовал за столько времени хотя бы подойти и заговорить.

Оказавшись на улице, вспоминаю, что так и не забрала телефон, разиня.

Возвращаюсь за гаджетом и домой. Родители переместились из гостиной в кабинет отца, откуда снова раздаются приглушенные крики.

— Кристин, куда ходила? Я тебя потеряла.

— Телефон в машине оставила.

— Что с тобой? Солнышко, что случилось? — взволнованно останавливает меня Ирина Владимировна.

Фу, опять это «солнышко».

— Ты вся бледная и холодная, неужели замерзла, пока бегала? Надо было одеться потеплее, — наставления раздражают как никогда прежде. — Пойдем скорее, горячим чаем напою.

— Не хочу, — частым морганием пытаюсь сдержать слезы. — Поднимусь к себе.

Оставляю растерянную женщину посреди коридора и несусь в комнату. Не стоит так расстраиваться, мне же всего двадцать один, вряд ли это была любовь всей жизни. Просто подожду, а там и вовсе улечу в Англию, отвлекусь. Забираюсь на кровать и заворачиваюсь в одеяло. На автомате нахожу нужную серию «Легенды синего моря» и раз за разом смотрю, как оба погибают в прошлом, после чего герой плачет в настоящем, понимая, что не спас ее, не уберег. Мой любимый Ли Мин Хо, как душераздирающе он страдает. Я знаю наизусть каждое слово, каждую слезинку, эмоцию, но неустанно пересматриваю одни и те же кадры, пока собственные слезы катятся по щекам.

Все наладится, перестану пересекаться с ним в паркинге, а других точек соприкосновения нет. Магазин не в счет, посещаю его редко, только по острой необходимости. Мы даже не знакомы, но почему же так обидно. Наверное, просто разбились мечты, которые я успела себе сочинить на пустом месте.

Неожиданно память подсовывает знаковое воспоминание: я почти опаздывала домой, как обычно, собралась заезжать, а он уже вырулил из паркинга навстречу. Оказавшись в ловушке, потому что за мной выстроилось две машины, я растерялась и запаниковала. Ему пришлось задом возвращаться, самому открывать шлагбаум и пропускать меня внутрь. Это была просто жалость по отношению к неизвестной маленькой девчонке?

Начав выходить на полчаса раньше, я перестала с ним пересекаться. Было ли мне плохо? Да, увы…

Ирина Владимировна ругается, что я не ем ее вкуснейшие булочки и еще больше похудела, Мила недовольна вечно кислой миной. Родители… они ничего не заметили, но вроде как помирились. Зато с утра я успеваю покататься по относительно пустым дорогам, ощущая ту самую свободу, что мне так не хватает. Аудюшечка оказалась единственной отдушиной, где можно плакать, пока никто не видит, и громко петь песни, которые никто не слышит.