Книга Сосед на Камри, страница 86 – Agna Werner

Сейчас я волнуюсь как в первый раз и могу откровенно признаться, что чувствую благодарность за эту возможность, которая словно открыла глаза, заставив проснуться или даже выйти из комы.

Поначалу в Хабаровске я жила у Дениса и Леры Кондаковых. Пара оказалась настолько приятной и простой в общении, что через пару недель я чувствовала себя как дома. Их сыновья, Павлик и Леша, привыкали ко мне чуть дольше. Ещё бы! Кто я такая? Посторонний человек, который вздумал командовать ими, заставляя есть, делать уроки и ложиться спать вовремя. Но любовь к маме и нежелание ее расстраивать помогли мальчишкам смириться.

Эти безмерно энергичные ребята успели познакомить меня с любимыми местами развлечений и представить своим друзьям. На новогодних каникулах мы мастерили пряничный домик, варили глинтвейн, ходили на горки. Как раз к тому времени Лера пошла на поправку, и сильная необходимость в моем постоянном присутствии отпала.

Я устроилась официанткой в кафе неподалеку, а еще через два месяца переехала в съемную квартиру с коллегой, тоже Кристиной. Вот такое совпадение имен. На работе нас прозвали «двойной Крис без сахара». У некоторых бариста своеобразное чувство юмора.

К Кондаковым я продолжала ходить через день, готовила и убирала. Мальчишки даже обиделись, уговаривали вернуться и обещали стать ангелочками. Но я же кремень: сжигать мосты, так все, пробовать самостоятельную жизнь, так по полной.

С Кристиной мы, как два малознакомых человека, которых свела нужда, сначала пытались подстроиться друг под друга, стараясь не доводить бытовые ситуации до конфликтов. Для нее опыт съема квартиры с кем-то тоже был первый. Когда обе мы устали от напряжения и недомолвок, сели и честно поговорили: разделили обязанности, очертили личные границы, и сразу стало легче. Я готовила, она убиралась, что не удивительно. Вместе покупали продукты, гуляли, ходили в кино. Постепенно вечерние разговоры стали более доверительными и откровенными. Я поделилась ситуацией с Владом, той частью, которую не могла рассказать даже Феечке. Крис сказала, что я дурочка, а когда увидела фото парня, то закидала подушками, озвучив множество нецензурных ругательств.

Конечно же, больше всего мне не хватало Ириночки Владимировны. Я так привыкла, что она в шаговой доступности. Поэтому названивала ей чуть ли не через день, стараясь не попасться на обмане. Она будто что-то подозревала, поэтому наши беседы велись на отвлеченные темы. Я выведала много интересного из прошлого женщины, а иногда мы обсуждали сериалы. На пару с Кристиной Феечка буквально заставила посмотреть Великолепный век. Я со своей любовью к дорамам осталась в меньшинстве. По идее, Кристина должна была принять мою сторону, живя в такой-то части России. Но нет.

Феечка изредка рассказывала домашние новости. Что-то я знала от родных, что-то оказывалось полной неожиданностью.

Пожалуй, самым удивительным стало наше начавшееся сближение с папой и Игорем. Хотя с первым все равно сохранилась дистанция, небольшая, но несравнимая с той, что была раньше. Я заново знакомилась с отцом и пыталась принять его. Он несколько раз возвращался общими фразами к теме их разлада с Керимовым. Из сбивчивых перескакивающих объяснений я поняла только то, что виноват был мой папа.