Книга Придушил бы!, страница 81 – Agna Werner

— Ты же не признаешь существование любви?!

Давид прижимает меня к себе, не позволяя сбежать. Даже если бы я и хотела, то не смогла.

— Ну я думал, это всего лишь влечение, перерастающие в привычку. Такие люди как я тоже могут ошибаться.

Любые попытки чисто из вредности оттолкнуть его проваливаются.

— Какие такие? Заносчивые болваны и всезнайки? — прекращаю борьбу и сдаюсь. Все же рядом с ним я становлюсь слабой и безвольной.

— Образованные прагматики.

— Зануда ты, Давид.

— Твой зануда.

— Угу, мой, — расслабляюсь и доверчиво льну к нему.

— Лика, почему ты выбрала меня? Почему не нашла того, кто в теме?

— Потому что ты мне понравился сразу и заинтересовал. В тебе есть скрытые задатки доминанта, прям веет силой. Просто ты все пустил в работу, а не в личную жизнь. У нас сегодня вечер откровений?

— Мы задолжали друг другу много правды, — тяжело вздыхает, будто весь мир обрушился на его плечи.

— Я была замужем несколько месяцев, — сжимаюсь комком в его объятиях.

— Чего?! — Давид мгновенно напрягается.

— В двадцать шесть я решила, что пора, и парень вроде был нормальный. Но я не смогла. Потом такой геморрой был с разводом, сменой фамилии обратно. Так что в следующий раз оставлю свою, — последнее ляпаю не подумав, о чем сразу же жалею.

— Милая моя, когда мы поженимся, ты станешь Зольниковой. Это даже не обсуждается! Ишь, чего удумала. И вообще, этот случай тебя ничему не научил? Как ты собралась выходить замуж без любви?

— Тогда я была глупой, упрямой. Расстались то мы из-за ерунды по сути.

— А сейчас ты готова стать терпилой и жить с каким-то додиком? — натурально удивляется.

— Я бы нашла нормального. Полюбила бы постепенно, наверное, — сама не сильно верю себе. После Давида только в монастырь…

— Думаешь, я смогу спокойно смотреть на это? — он отстраняется и сканирует меня своими черными притягательными глазищами.

— Не знаю.

— А я тебе скажу: нет. Пришлось бы, как в каком-нибудь фильме, типа «Свидание вслепую», украсть тебя из-под венца. Жаль, у тебя нет аллергии на алкоголь. С другой стороны, я могу выкрасть тебя накануне. Как горячий южный мужчина, увезу в далекий аул, и никто не найдет.

— Какой ты древний! — мне не удается сдержать смех.

— Конечно, несколько месяцев разницы создали пропасть между нами. У меня есть морщины вокруг глаз, у тебя нет. Опять-таки седину скоро начну подкрашивать.

— Я дам тебе контакты своего мастера, она лучшая.

— Угу. Она еще получит за то, что согласилась тебя постричь коротко.

— Тогда не дам, — щипаю за предплечье.

— Лика, вот честно, за эти несколько часов неведения я чуть с ума не сошел.

— Это у тебя было несколько часов, у меня же недель.

— Глупышка, надо было мне рассказать все свои страхи.

— Зачем, ты ранее обозначил свои намерения, — поджимаю колени к груди.

Давид сразу считывает изменения в моем настроении:

— Давай не будем по второму кругу, мы же все выяснили, я люблю тебя, ты любишь меня, — мягкие нотки в его голосе отбивают желание спорить. — Ко мне?

— К тебе, — куда ж я теперь денусь с подводной лодки. — Блин. Я только недавно все разложила, теперь заново упаковывать, — подмечаю с досадой.

Полчаса курсирую от чемодана до шкафа и ванной комнаты, закидывая вещи обратно. Давид не без любопытства следит за моей бурной деятельностью. Укладывая косметичку, запоздало понимаю, что все это время была не накрашена и с опухшим лицом. Зарождается благодарность к парню за джентльменское поведение, он даже не намекнул на мой ужасный внешний вид. Или прическа выбила из колеи?