Книга Придушил бы!, страница 46 – Agna Werner

— Ну Давид, — обиженно надувает губы.

— Лика, мое терпение почти закончилось.

— Какой ты бука, — она приспускает джинсы с бельем и ловко залазит на мои колени, следом снимая футболку. При этом смачно облизывается, как не пристало приличной леди.

— Можешь, когда захочешь, — стягиваю верх платья на пояс, открывая себе доступ к ее сочной, аккуратной груди. — Я правильно понимаю, что весь вечер на тебе была только эта тряпка?!

— Да, а что такого?

Про себя считаю до десяти, усмиряя негодование.

— Серьезно?! — безуспешно.

— У него плотная двойная ткань в зоне декольте, даже соски не проступают. А бюстик давит, — выдает капризно.

Мое дальнейшее возмущение пресекается поцелуем. Лика не торопится: чувственно посасывает мою нижнюю губу и чуть прикусывает. Хорошая девочка. Я напрочь забываю, что хотел сказать, всецело отдаваясь в ее власть. Пока мну упругие ягодицы, их хозяйка ерзает влажной киской по члену. Платье давно уже превратилось в широкий пояс на талии. Лика чуть поднимается и подставляет соски. Все предельно понятно без слов, поэтому поочередно ласкаю обе розовых горошины.

— Давид, хочу, — постанывая, она откидывается и затылком упирается в подголовник переднего кресла. — Ауч! Почему у тебя не какой-нибудь Ланд Крузер Прада? Мне мало места.

— Потому что я думал, что уже взрослый мальчик и не буду заниматься сексом в машине, ведь есть же квартира. Седан полностью устраивает для езды по городу.

У самого давно валит пар из ушей, поэтому не дожидаясь особого приглашения, раскатываю презерватив по члену и пристраиваюсь к ее входу во влагалище. Мы двигаемся навстречу друг другу, и Лика насаживается до яиц.

— Наконец-то! — одновременно стонем.

Она берет инициативу в свои руки, в данном случае ноги, и скачет на мне, как сумасшедшая. Я реально чувствую перевозбуждение, могу долго не продержаться, так что вспоминаю старые добрые элементы из таблицы Менделеева. В этот раз пройдемся по газообразным неметаллам: кислород и азот. В подгруппе первого элемента состоят сам кислород, сера, селен, теллур, полоний, ливермоний. Вторая подгруппа: азот, фосфор, мышьяк, сурьма, висмут, московий…

Вроде немного полегчало, и я возвращаюсь в реальность. Каким-то чудом переворачиваю нас и кладу Лику боком на сидение. Гребанные штаны доставляют неудобство, но возиться с ними нет никакой возможности. Одну ногу приходится поставить на пол, коленом второй упираюсь в спинку, иначе не помещаюсь. Она заводит правую ступню за мою спину, облегчая доступ. Вхожу в нее сзади, в этот раз фрикции размашистые, неторопливые. В таком ограниченном пространстве мы оба успели покрыться испариной. Аккуратно убираю белые пряди с лица Лики, чтобы это ее не отвлекало.

— Давид, я хочу жестче, — она хнычет.

Перестраиваюсь на резкие, быстрые толчки, отчего она скользит по поверхности назад — вперед. Чтобы не ударяться головой, цепляется руками за дверцу.

— Ты так хотела? — остервенело натягиваю ее на всю длину.

— Да, — произносит еле слышно.

Лика постепенно теряет контроль над разумом и закатывает от удовольствия глаза. Уже невозможно понять слова, которые вылетают из ее рта. Каким-то непостижимым образом сходятся в одной точке моя злость, похоть, желание обладать и ее жажда удовольствия, необходимость подчинения вперемешку с бунтарством. Я уже научился отлавливать момент, когда Лика наиболее чувствительна. Сейчас именно он, поэтому нежно касаюсь клитора и медленно глажу его, на контрасте все с теми же сильными фрикциями. Женские стоны становятся громче и тяжелее по ощущениям, зарождаясь где-то в самом центре ее груди. Чуть надавливаю на затвердевший комочек, и Лика взрывается, извиваясь подо мной. Непроизвольное сокращение мышц влагалища подводит и меня к оргазму. С трудом удается удержаться и не упасть на нее, придавив хрупкое тело.