Книга Не все проклятие, что им кажется. Выбор пути, страница 41 – Ирина Властная

У меня всё внутри от предвкушения сжалось — если всё получится, то Вир нам хоть какую-то зацепку даст, хоть какое-то направление укажет… а мы потом лорду Мартерийскому всё передадим, и пусть уже умные и смелые, властью обличённые, государство от нависшей угрозы спасают.

Подцепила пульсирующую нить клятвы молчания, что к сердцу оборотня присосалась, и в его зеленовато-жёлтые глаза посмотрев, прошептала:

— Будет больно.

Вир кивнул, лишь губы сжал поплотнее, ну я и дёрнула резко, одним разом, чтобы лишней боли не причинять… можно было бы попробовать на центр магического плетения воздействовать, но я побоялась. Вдруг, как только моя сила паутину злой воли разрушать начнёт, так этот отросток, что к сердцу стремился, мгновенно сработает и лишит Вира жизни? Я этого не знала, потому и решила сначала эту нить дёрнуть. Оборотень глух застонал и побледнел, а я поспешила и остальное воздействие снять, силу свою и кровь щедро тратя, и едва сама в обморок не сваливаясь.

Оруш мне подняться помог, и я благодарно кивнула, крепко за его руку ухватилась и отпускать не собиралась…

— Выпейте это, — сунул мне под нос склянку Мирт, которую Оруш перехватил и понюхал и в которую Велдран, забравшийся на плечо орка, тоже свою любопытную мордочку сунул.

— Пей, сокровище наше, в чувства тебя приведёт, у оборотней травы ничуть не хуже эльфийских, — вынес вердикт дракончик, и я безропотно подчинилась, не забыв молодого лекаря поблагодарить.

— У нас дом почти на границе с Дивиней, чуть западнее Мертвой топи, оттуда постоянно пакость всякая лезет, а месяца два назад и вовсе мертвяки ночью выползли, — начал глухим голосом Вир свою историю рассказывать, и Миртар на эти слова кивнул, мол, знаю, было такое. — Отец мой в отряде, патрулирующем границу состоял, и как раз в аккурат на тех мертвяков напоролся, двоих из его отряда сразу сожрали, а двоих он ценой своей жизни спас, только я и две сестры моих отца лишились, а мать наша — мужа любимого… а через неделю мужик один мутный меня в Зверске встретил, куда я пушнину на продажу повёз и дал две склянки, в которых зелье, замедляющее действие яда сирунады восточной было, мол сёстры твои отравлены и коль не будешь по-нашему делать, то скоро к отцу за грань отправятся, а ежели сделаешь всё, как мы говорим, то и сёстры твои живы останутся, и яд из организма мы со временем выведем…

При знакомых словах я встрепенулась, но Оруш мою руку накрыл, призывая к молчанию.

— Тип тот скользкий такой, неприятный, всё улыбался, а глазами острыми, так и сверлил, под кожу забираясь, — продолжил Вир, — я же не поверил ему, но склянки взял почему-то, а тот сидел всё и ухмылялся, а потом говорит: ты поспеши, котёнок, а то сёстрам может и не понадобиться зелье, поздно будет. И так он это сказал… что я тут же за пределы города бросился, перекинулся и домой помчался. Рысью за ночь домчался, а у младшей, у Раси, уже тело тёмными пятнами покрываться начало, и сама она без сознания была. Не соврал тот мужик, я сёстрам зелье дал и назад бросился… Бофос, так мужик тот назвался, в трактире меня ждал… В общем, мне следовало в дружину к князю пробиться, и поближе держаться, а когда всё начнётся, просто за камнями следить, наполненные силой забирать, а пустые заново прятать… а за эту помощь сёстрам зелье вовремя будут передавать…