Книга Нелюбимая невеста дракона. Хозяйка фруктовой лавки, страница 61 – Аста Лид

— Ничего я вам платить не буду! И справка мне ваша не нужна! Её легко подделать! Всем известно, что у вашего дракона много денег. А если уж быть честным до конца, то своему сыну я такую судьбу не хочу. Потому то, по вам же, уж извините, все и так видно. — Вот зачем он сейчас это делает?

— Что простите, видно? — И бог с ними, с этими вазами! Без них обойдусь! Главное, чтобы с этим…

— Что в отца вы своего пошли. Гулящего. В лес часто ездите. А там — всем известно, что происходит. И оргии волчьи. И ведьминские всякие обряды не хорошие… — После этих слов, я просто молча встаю, и иду к выходу. Не прощаясь.

Потому что объяснять ему, что-то бесполезно. А я — лучше и правда в газету пойду. И в суд. Просто так такое оставлять нельзя.

— Вот и идите. Подумайте, над своими поведение. А Крис на следующей неделе снова зайдет. Вот тогда и поговорите. Когда о вас весь город судачить будет! У нас тут уважаемое общество. В нем скандалисток и прохиндеек не любят! И вы только что показали свое истинное, не самое приятное лицо. — И вам того же, и вас туда же — мысленно посылаю я его.

Теперь понятно в кого Крыс такой неприятный малый. Весь в отца!

— Ну, получила? — Кидает мне парень, когда я прохожу мимо него, пребывая в состоянии шока. Нет, это надо. То есть я… а мне… чтобы….

— Ага. — Отзываюсь я и лезу в сумку за гребнем.

— Ну, с другой стороны, может быть это и хорошо. Я то думал ты вся такая зажатая. А ты вон, какая горячая штучка оказывается. Тебя же дракон мог всяким фокусам в постели обучить. Может, сделаешь, мне так же приятно, как и ему? — От этих слов словно в себя прихожу. Чего?

— Ты серьезно? — Спрашиваю я, пытаясь переварить услышанная. Он совсем больной что ли? Правда не понимает, что себе сейчас могилу голыми руками копает?

— Ну, да. А чего? Если ему можно тебя трогать, почему мне нельзя? — Видит бог. Я хотела спокойно отдать ему гребень. Но после того, что он сказал…

Мило улыбаюсь, делаю шаг на него, сокращая межу нами расстояние, и делаю вид, что хочу его обнять. По дружески. И этот придурок даже ведется.

— Ну, вот. Видишь. Тебе просто надо было помочь раскрепоститься. — Довольно мурлыкает он. А я пользуюсь случаем и с силой бью коленом ему в пах.

— Еще раз свою хотелку ко мне потянешь — с корнем вырву! — Шиплю я ему на ухо, когда он от боли складывается пополам, тихо ругаюсь себе под нос.

После этих слов, буквально впечатываю его подарок в прилавок и с высоко поднятой головой покидаю магазин.

Итак, новый план. Газета. Суд. Дракон может быть в этом случае на моей стороне. Вопрос. Где взять вазы? В чем продавать грибок?

— Виктория! Стойте. — Окликает меня властный, незнакомый, женский голос, когда отхожу от магазина на довольно приличное расстояние. Оборачиваюсь. Надеюсь это не очередная провокация? Народу то вокруг много!

Ко мне не идет, а буквально, плывет, воистину роскошная женщина. Густые золотые волосы, уложены в высокую прическу. Голубое платье с белой вышивкой эффектно оттеняет по аристократически-белую кожу. Темно-синие глаза густо подведены черной краской. Почтенная, богатая леди. Внешне, чем-то похожая на Крыса. Боже! Это его мать!

Удар сердца и мою щеку обжигает пощечина, вздохнуть не успеваю, как меня буквально хватают за грудки и слегка встряхивают.