Книга Измена. Надежда. Любовь, страница 50 – Аста Лид

Кай переводит взгляд от миража и смотрит на меня. Далекий, холодный, сильный. Наглый, конечно, но умный, и кажется очень верный и надежный. Если даже спустя столько лет он продолжает любить бывшую невесту. А еще, я никогда и ни с кем не была такой откровенной, как с ним. Почему-то было можно, почему-то хотелось.

Мечта — проносится мысль в моей голове. Такая далекая и несбыточная мечта. Ведь только такие, как Аликанта получают все. А мне с ней не тягаться. И я больше не буду.

— Я разберусь с этим. — Тихо говорит он. — Обещаю. — И столько уверенности в его голосе сейчас, столько решительности. Я помогу тебе. Любой ценой помогу, синеглазый дракон.

Тут снова раздается странный шелест гравия.

— А иллюзия может быть звуковой? — Спрашиваю я и прячу, такие неуместные сейчас слезы. Нельзя. Выть в подушку будем, когда останемся одни.

— Не эта. Что ты заметила в аллее? Что смутило? — Вдох. Выдох. Аккуратно освобождаясь из его объятий, делаю шаг назад. Мозги, Тея. Нам нужны твои мозги.

— Пропало несколько фигурок. Ежик, мартышка и лев. — А потом набираю воздух в грудь и поворачиваюсь туда, куда несколько секунд назад даже смотреть не могла. Тем более, что боль от потери еще одной девичьей иллюзии становится просто невыносимой. Вот права была няня — не хочешь плакать от неоправдавшихся надежд, не надейся вовсе! Или это была бабушка! Да, что б тебя!

Пауза, и я снова смотрю прямо перед собой.

Сжимаю руки в кулаки, чтобы не заорать в голос. Передо мной кладбище. Очень страшное кладбище. Потому что кроме мертвых на нем есть еще и живые. Жаль, ненадолго.

Все они мучаются, как я в том кошмаре, котором каменела. Только если у меня при этом возможности к побегу не было, у них есть. Правда, это бесполезно. Спасения все равно нет. Вот и пытается, кто как может освободиться от заклинания. Отодрать от себя камень, вместе с кожей, в кровь разодрать руки, только бы оставить их чувствительность, уползти. И здесь все: звери, люди, диковинные существа. У некоторых остались только живые глаза, полные ужаса, немой мольбы и боли. У кого-то окаменели ноги, а есть и те, кто уже не может сражаться, и они просто смиренно ждут, когда этот ужас закончится.

И самое страшное, что их не просто много. Кажется, что их тысячи, сотни тысяч! И каждый из них двигается, пытается что-то сделать, истекает кровью, чтобы смягчить страдание. Но для чего все это? Убийство ради убийства?

— Они поддерживаю защитный барьер над вашим миром — словно прочитав мои мысли отвечает Кай. — Если точнее — энергия жизни, которую они отдают. Чтобы никто из вне не мог к вам попасть, кроме тех, кто уже отсюда.

— Им можно как-то помочь? — Внимательно всматриваюсь в высокое небо. Изучаю деревья. Замечаю ярко — желтые цветы, что растут повсюду. Хм, раньше я таких никогда не видела.

— Кому-то можно, кому-то уже нет, но — он замолкает на полуслове. С трудом отвожу глаза от этого кошмара и смотрю на него. Его же взгляд фокусируется на одной точке. Слежу за ним и упираюсь в высокую фигуру мужчины, которая уже по щиколотку утонула в мягкой земле. Чем-то внешне он походит на синеглазого. Такой же большой, широкоплечий. Лицо, которое уже давно окаменело, расслаблено и бесстрастно смотрит прямо перед собой.

— Знаешь его? — Руки инквизитора сжимаются в кулаки.